Онлайн-библиотека книг
И Зару я тоже не могу забыть, хоть она и ни в чем не виновата.
-Нет. Уезжай, - поворачиваю голову и снова пытаюсь вырваться, но Аслан не пускает.
-Я люблю тебя, маленькая, - кончиком носа ведет по виску и шепчет как истинный змий-искуситель. Его признание меня и убивает, и воскрешает. Я так мечтала это услышать от него, а теперь и верю и не верю, боюсь и не доверю.
-Так не бывает, - у меня все же получается вырваться и не глядя на него, уверенно шагаю к двери, снова вытаскиваю ключи из сумки и прикладываю магнит к домофону.
-С блока меня вытащи. Номер тот же, - требовательно говорит в спину.
Ничего не отвечаю, скрываюсь в подъезде и, прислонившись к холодному железу, тихо плачу от обиды.
-Ирадка, чего хнычешь? - открыв глаза, вижу на площадке первого этажа бабу Пашу в ее любимом платье-халате в мелкий цветочек. Она живет в этом доме дольше, чем я на белом свете. И с мамой моей всегда дружила, и как мне потом рассказала Сабина, на похоронах была несмотря на преклонный возраст.
-Ой, баба Паш, плохо мне, - смотря на тусклую лампочку на потолке, выдавливаю я.
-Ну весь подъезд теперь в курсе, как тебе плохо, - держась за поручень, она медленно преодолевает пять ступенек до двери.
-Что так было слышно? - потерев кончик носа, спрашиваю у нее.
-До четвертого этажа точно. Вы бы хоть отошли подальше.
-Я не подумала.
-Не подумала она, - цокает Павла Юрьевна. - Такой “Санта-Барбары” подъезд еще не видел.
-Что такое “Санта-Барбара”? - непонимающе моргаю.
-Сериал такой. В 90-е крутили.
-Аааа, - тяну я, вытирая слезы ладонью.
-Давай ко мне, - машет рукой и поворачивается. В восемьдесят она очень энергичная, временами ворчливая, но свой близкий круг соседей любит от души. Я с детства ждала, когда она нам Кулич и разноцветные яйца принесет, и все время спрашивала маму, почему же мы их не красим. И однажды баба Паша позвала меня к себе, чтобы я с ее внуками яйца на Пасху покрасила.
-Баб Паш, поздно. У меня там собака.
-Подождет твоя собака. Пошли, расскажешь.
Спорить с бабой Пашей бесполезно, поэтому понурив голову, плетусь за ней.
-Руки мой, на кухню иди, - приказывает она.
Выйдя из туалета, иду на запахи. Бабуля стоит ко мне спиной и заваривает чай в старый, но до блеска чистый чайник в красный горошек. На столе - тарелки с цветами явно из советской эпохи. На одной - жареные пирожки, на другой печенье. В хрустальной вазочке конфеты “Красная шапочка” и “Мишка косолапый”. Мои любимые.
