Моя невыносимая

Четкими и ритмичными движениями он доводит меня до исступления. Сминая свои губы скулю от беспомощности и отдаюсь ему всецело. — Лерочка, — хриплый голос и ускоряющийся темп заставляют меня закатить глаза. Крики удовольствия слетают с моих губ. Я задыхаюсь от его болезненных поцелуев и с силой впиваюсь ногтями в плечи мужчины. Эльдар необузданный. Голодный. Жадный. Он заставляет меня пульсировать наслаждением. Его крепкое тело все сильнее придавливает меня, от чего я начинаю содрогаться спазмами. И эти спазмы прокатываются огненными, жаркими волнами, заставляя перешагнуть рубеж реальности.

Мое сознание словно ускользает куда-то восвояси. Мои губы обжигает его частое дыхание. Глухой рык и внутри все взрывается яркими вспышками. В затылке искрит от удовольствия. Я чувствую, как во мне изливается горячая субстанция. Эльдар расслабляется и опускается на меня всем своим весом. Мы тяжело дышим. Его кожа вся в испаринах. Я все еще подергиваюсь от пережитого наслаждение под ним.

— Надеюсь, ты теперь сыт, — прикрываю глаза и упираюсь лбом в его плечо.

— Не очень, — довольно ухмыляется. — Во мне еще осталось место для десерта.

18

Валерия

— Ай, перестань… Щекотно, блин, прекрати… — выворачиваюсь я, когда слышу поворот ключа в замочной скважине. Скрип двери заставляет нас синхронно вздрогнуть.

— Это кто? — изумленно смотрит на меня Эльдар.

— Катя, — устало выдыхаю я. — Я ей запасные ключи дала.

— Теть Лер, ты дома? — зовет с порога девушка.

— Да! — громко отвечаю сквозь закрытую дверь. — Проходи на кухню! Две минуты, и я сейчас выйду! — отталкиваю от себя Амирова.

Хватаю со спинки кресла шелковый, черный халат и набрасываю на себя. Чувствую себя подростком, которого словили за неприличным занятием. Чувствую себя крайне неловко. Вроде бы и Катя уже не ребенок, скоро сама мамой станет. — Одевайся быстрее, — шиплю я и бросаю в него футболкой.

— Лер, — парень начинает смеяться. — Ну, ты чего? Мы все взрослые люди. У тебя может быть личная жизнь.

— Понимаю. Но мне все равно неудобно перед ней, — пытаюсь успокоить свое волнение.

Подбираю валяющиеся на полу вещи и кладу их на кровать. — Я выйду первой, а ты пока одевайся.

Амиров недоволен, но ему хватает самообладания и терпения ничего мне не отвечать. Пока Эльдар, сжав губы, недовольно выгребает с кучи свои вещи и начинает одеваться, я выскальзываю в коридор и иду на кухню. Племянница сидит ко мне спиной. Ее голова опущена, а плечи подрагивают. Плачет.

— Катюш, — тихонько зову ее.

— Я с мамой поссорилась.