Моя (не)зависимость

С другой, я с любопытством и нетерпением ждала, как именно будут развиваться события. Не может же Кир вечно молчать. Да и мне, признаться, хотелось начать разговор с ним. Я не собиралась признаваться себе, но да, я скучала по парню. Путь мы и виделись всего лишь вчера.

– Чем приложилась? – нарушил молчание Кирилл, как только усадил меня на кушетку.

– Да нормально все, – фыркнула я, не собиралась признаваться, что, вероятнее всего, потянула ногу при падении.

Пчелкин, кажется, был рожден с радаром вместо глаз.

Просканировав меня взглядом, отвернулся. Через секунду принес лед, стащил мой кроссовок, осмотрел лодыжку вопреки моим уговорам и попыткам выдернуть ногу из захвата крепких пальцев.

– Сиди смирно! – бросил отрывисто.

Парень устроил мою поврежденную конечность на кушетке, обложил льдом, а сам принялся рассматривать полку с препаратами. Я не сомневалась, что Кир в курсе, какой именно мазью или гелем можно снять отек. Я точно знала, что Гром давно занимался спортом, а ушибы, ссадины и синяки были его вечными спутниками.

Но то, как спокойно, собранно и уверенно действовал парень, наталкивало на мысли, что мне пора извиниться. Я была не права. Да и Кир еще месяц назад окончил школу, так что, да, я перегнула.

Глава 12"

"Я не знала, как начать разговор. Между нами все было зыбко и неясно. Да, меня тянуло к этому парню, но я всеми силами старалась остановить тот стремительный ураган, что бушевал в моем сердце.

Мне казалось, что я поступаю неправильно. «Подставляю» Кира.

Понимала, что отец не обрадуется, когда узнает о нашей с Киром связи.

Но сердце начинало глухо колотиться о ребра, стоило Грому оказаться в опасной близости от меня.

Нужно что-то решить. Обязательно нужно.

– Послушай, Кирилл, – начала я, когда парень закончил наносить охлаждающий гель на мою пострадавшую ногу. – Нам нужно поговорить.

– Слушаю. Говори, – отстраненно произнес Гром, убрал тюбик обратно в шкаф, вымыл руки в небольшой раковине у стены.

Я замолчала, устремив взор на широкие мужские плечи, на мышцы, проступившие под майкой.

Тонкая ткань натянулась, и я поняла, что никогда не изучала Кира вот так, пристально, открыто, с интересом.

Для меня Гром всегда был мелким мальчишкой, другом, но стоило дважды переспать с ним, как все кардинально изменилось. Я стала вдруг иначе реагировать на него.

Во мне проснулась женственность, которая раньше, если и не спала мертвым сном, то частенько не подавала признаков жизни.