Моя (не)зависимость

 – Это ведь то самое дерево! Помнишь? Говорят, нужно загадать желание, и оно непременно сбудется!

Я стянул шлем с головы. Леся повторила маневр и перебросила защиту в мои руки. Даже не сомневалась, что поймаю."

"И тут же побежала к дереву желаний. Бред ведь, но она была рада. А вместе с ней и я.

Я наблюдал за тем, как Леська носится вокруг дерева, что-то бормочет едва различимо. Словом, настоящая ведьма в свете полной луны.

Да, так и есть. Ведьма. Иначе как объяснить то, что меня так тянет к ней?

Улыбнулся собственным мыслям.

– Давай! Ты тоже должен загадать желание! Тем более в день рождения! – звонко смеялась Леся.

Она смотрела на меня так пронзительно и вместе с тем так дерзко, что не было и шанса отказать.

Послушно протянул руку, накрыл ею хрупкую ладошку, некрепко сжал.

Леся вскинулась. И, кажется, только сейчас обратила на меня внимание. Нет, она и раньше смотрела на меня. Но никогда – с женским интересом. А сейчас, то ли виной всему был алкоголь, то ли волшебная ночь, но я четко прочел в глазах девушки что-то большее, не похожее на сестринские или дружеские чувства.

«Не тупи, Киря!» – словно наяву я услышал голос Семена.

Моя рука легла на тонкую талию, затянутую в плотную джинсу. Пальцы переплелись с хрупкими пальчиками. Я буквально пригвоздил Лесю к широкому стволу дерева.

Девчонка не вырывалась. Смотрела испуганно, с интересом и удивлением.

– Мое желание не может исполнить дерево, Лисенок, – пробормотал я.

Я давал ей шанс оттолкнуть меня.

– Киря? – пискнула она в удивлении. – Ты… Ты… Ты что творишь?

– Хочу тебя поцеловать, – пояснил я, склоняясь ниже, почти касаясь ее губ своим ртом, но по-прежнему оставляя шанс на побег.

Глава 3

Однако побега не было. А были легкие прикосновения тонких пальцев к моему затылку. И неведомая сила утащила меня в дали, где существует только один человек.

Я твердо знал, что эти мгновения навечно врежутся в мою память.

Первый поцелуй с любимой девушкой.

Такой сладкий, но с привкусом соленого ветра и темной ночи.

Поцелуй, от которого сносит крышу, а сердце рвется на куски.

Мучительно нежный, но невероятно жадный и жаркий.

Сначала неуверенно, пробуя на вкус, смакуя каждый миллиметр податливых губ. А потом все глубже и настойчивее, отбирая дыхание, воздух, стоны.