Обратиться за помощью в контору по защите от магических животных? Что вы! Какое унижение… Самоуверенный чаровник решил справиться сам. И не важно, что у профессионалов бы получилось лучше. И всё равно, что сам едва жив после сражения с тварью. Главное, теперь скрыть следы нападения, чтобы репутация министра осталась чиста, как ваша борода после Бальтазара!
— Госпожа Дион! — возмущённо вздрогнул Нейт и, вцепившись в бороду, испуганно покосился на шкаф. — Вы совершенно не знаете, о чём говорите.
"
"— Ну почему же не знаю? — Я скрестила руки на груди. — С той поры, как господин Ридан заступил на пост, все в ведомстве только и говорят о его надменном отношении к окружающим, раздражающей въедливости и желании утвердить свою власть. Особенно пристальным вниманием и нелюбовью Ридана пользуются женщины. О, говорят, он их ненавидит!
— У него есть причина! — попытался выгородить хозяина Нейт.
— Что? — иронично уточнила я. — Какой-то госпоже удалось разбить его сердце?
— Какой-то госпоже удалось убить предыдущего министра высших чар, — выкрикнул он.
В обрушившейся тишине даже не было слышно шебуршания Бальтазара. Наверное, енот уже всё съел и заснул. Я же обдумывала услышанное и, пересиливая шок, переспросила:
— Что вы сказали? — Нет, мне точно не послышалось. Мужчина произнёс слова отчётливо и так громко, что всё ещё немного звенело в ушах. — Убийство? — Помотала головой: — Нет! Господин Тайлер умер от сердечной недостаточности.
— Господин Тайлер был двоюродным дядей Сета, — сурово заявил Нейт. — И у него не было сердечной недостаточности. Как и у предыдущего министра, которого похоронили три года назад, со здоровьем было всё в порядке. Вы же знаете, что на этой должности ни один чаровник не продержался больше года?
— Ходят слухи о якобы проклятии, — пожала я плечами. — Но я дипломированная чаровница и в проклятия не верю.
— Как и господин Ридан. Потому он сделал всё возможное и невозможное, чтобы занять должность министра.
— О, как он шёл по головам, я знаю, — рассмеялась я. — Говорите, что новый министр добрался до власти только для того, чтобы стать для убийцы новой целью? — С сомнением покачала головой: — Как благородно. Но не убедительно. Во-первых, будь преступление на самом деле, об этом стало бы известно. Одно убийство ещё можно замять, но вы говорите как минимум о двух.
