Мне плевать, что Авдеев увидит меня такой. Я очень хочу, чтобы она меня взяла.
— Извиняйся, — Анна Валерьевна поднимает на меня строгий взгляд. Коленочки начинают дрожать и она это отлично видит. Профессиональное.
— Я знаю, что подвела вас, когда не пришла на назначенное занятие. Были большие проблемы с отцом. Все вышло спонтанно. Мне очень стыдно. Вы же знаете, я обязательная, если не случается форс-мажор."
"— Так себе оправдание, Анна. Могла бы позвонить, а не заставлять меня ждать тебя здесь целый час!
Боже, как стыдно…
— Простите меня.
Простите, пожалуйста. Я все отработаю. Давайте попробуем, умоляю. Вдруг у нас получится. Папа увидит и … вдруг он разрешит мне поступать туда, куда я хочу.
— Хореография ведь не основное твое направление. Ты больше стремилась заниматься музыкой. У них тоже будет смотр, как и каждый год. Может имеет смысл пойти туда? Там и дисциплины столько не требуется, — она приподнимает идеальную бровь, зная, что бьет больно и сразу по всем направлениям.
Аргумент… Нужен чертов аргумент, чтобы она взяла!
— Мама, — выдаю я.
— хочу попробовать, как она. Чтобы смотрела оттуда, — поднимаю взгляд вверх, — и гордилась, — в носу начинает щипать. — Пока как-то у нее поводов не было, — шаркаю ножкой и быстро смахиваю слезинку с ресниц.
Глава 18
Макс
Аня пробегает мимо меня со своим пакетом, а возвращается уже совсем другая. Светлые волосы подняты высоко и собраны в тугую прическу, полностью открывая ее лицо и шею. На ней черные лосины, обтянувшие стройные ноги как вторая кожа, и свободная полупрозрачная туника, под которой скрывается короткий чёрный топ.
Пролетая мимо меня, девчонка цепляется за мои пальцы и втягивает в зал.
— Вот тут сиди очень-очень тихо.
Я послушно сажусь на скамейку.
— Итак, Анна, еще раз покажи мне свой конкурсный танец, чтобы я поняла, с какими моментами мы будем работать в первую очередь.
Очень послушная. Я бы даже сказал покорная. Тонкая, воздушная, лёгкая. От нее невозможно оторвать взгляда. Аня включает музыку, встает в позу и с первыми аккордами начинает двигаться.
У меня перехватывает дыхание и неприлично падает челюсть. Мозг никак не может сложить воедино ту Аню, которая собиралась угонять машины и фыркает на меня по поводу и без, и вот эту совершенно невероятную, пластичную, сказочную девочку, невесомо порхающую по паркету в дико сложных движениях.
Я ни хрена больше ничего не вижу. Остальная реальность смазалась. Так бывает только с ней. С этой невыносимой занозой в заднице.
