Моя по договору (СИ)

— Какая сейчас разница? — спросила я, понимая, что, наконец, настало время раскрыть карты.

— Рита! — он повысил голос, почти срываясь на крик. Мужчина сделал два шага и вновь очутился настолько близко, что я оказалась прижата к холодильнику. — Я прошу тебя, ответь мне. Я должен знать.

— Я об этом тебе уже говорила. В прошлом году. В слезах. Но ты не стал слушать, — язвительно произнесла я. — Что же изменилось сейчас?

Артем тяжело вздохнул, после чего схватился за голову, потирая виски. Мужчина явно нервничал.

Данилов резко отстранился и подошел к окну. Сунув руки в карманы, мой бывший муж молча смотрел в окно. Его тело источало сплошное напряжение. Со стороны было заметно, как грудная клетка мужчины быстро вздымалась и опускалась. Артём едва контролировал себя, и я понимала почему. Еще бы, спустя год узнать, что все происходящее тогда — это всего лишь удачная постановка для одного единственного зрителя. Ведь Артем был уверен, что его предала собственная жена, и не столь важно на основании чего строились наши отношения. Откуда только ему стало известно? Григорий Вячеславович погиб, а больше никто не мог знать. По крайней мере, я была уверена в этом.

— Я никогда не спала с ним, — сдалась я, ожидая реакции, которая могла быть самой непредсказуемой. Мне стало жаль нас, возможно, если бы все тогда повернулось по-другому, то у нас был бы шанс. Конечно, Данилова не переделаешь, но, по крайней мере, я бы попыталась.

Артем резко развернулся и взглянул на меня. Его глаза были похожи на бушующий океан, а на лице появились эмоции, отдаленно напоминающие радость.

Казалось, с его плеч скинули тяжелый груз, который он так долго носил на себе. Губы мужчины расплылись в счастливой улыбке, а мое сердце пропустило удар от знакомых чувств, которые в прошлом раз за разом накрывали словно цунами.

— Почему не рассказала, Рита? — спросил он, приближаясь ко мне. — Почему ты, черт возьми, не рассказала мне тогда?

— Тогда не могла, — я выставила руку перед собой, останавливая Данилова.

 — Но я приходила к тебе домой, помнишь? Ты был слишком зол и занят, — язвительно сказала я. — Артём, не подходи ближе. Я знаю, чего ты хочешь. Этому не бывать. Довольно с меня. Между нами все кончено.

— Я так не думаю, — он быстро завел мою руку за спину, и я оказалась в таких знакомых до боли объятиях.

— В моей памяти еще свежи те унизительные и жалящие слова, которые ты выкрикивал в мой адрес. Каждая твоя фраза била на убой по моему сердцу, Артём.