Онлайн-библиотека книг
Какого происходит? Что нашла Влада в моем брате? Почему предала меня и сбежала к нему?
Нужно попрощаться и двигать на выход. Даже флешку свою золотую пусть сами ищут. Какое мне дело до Маркуса и его гарема? Почему жалко Галину и хочется оторвать голову Владе?
Нет… Не так!
Не успеваю додумать, как в коридоре раздается трель домофона.
Брат нарочито спокойно снимает трубку. И выслушав помощника, нажимает на кнопку. Быстрым шагом спешит к двери и, открыв ее нараспашку, театрально возвещает.
– Приветствую, Эдичка!
16.
Ростислав
Тучный одышливый старикан охая вваливается в прихожую. Проводит мясистой ладонью по лысой башке и укоризненно смотрит на Марка.
– Заставил ты меня побегать, Маркуша.
По лицу брата пробегает мимолетная гримаска. Он терпеть не может это «Маркуша». Но улыбается радостно. Виду не подает.
– Эдичка дорогой! – радостно раскрывает объятия. Взрослые мужики тискаются как дети малые.
Богема, чтоб ей!
Измайлов поворачивается к двери и зовет грубовато.
– Эля!
– Да иду я, – незлобливо огрызается кто-то с крыльца.
Мысленно прикидываю во сколько Измайлову обошелся этот тюнинг.
Хмм… внушает!
Так спустить в унитаз кучу бабла может только влюбленный старый придурок. Видать, последнее утешение…
Или нет?
Измайлов радостно смотрит на хозяев дома. Останавливается масляным взглядом на Владе. И залипает, как последний дурак.
– А у тебя я вижу тоже свой гарем, – хихикает он, но смотрит внимательно.
– Есть такое, – в открытую признается Марк. И теперь уже мне хочется всечь ему. – Знакомьтесь, – кивает он, откашлявшись. – Это Влада, наша талантливая родственница. Ростислав – мой брат…
Блондинка тот час же делает стойку. Видать узнала. В глянцевых журналах до сих пор попадаются статейки о самых завидных женихах страны. И я там намбер ван!
Забавно!
Эличка строит мне глазки.
– Я полагаю, нам в студии удобней будет, – тут же на ходу решает Марк. Хотя фуршет накрывали в столовой.
Поворачивается ко мне с понимающей улыбкой.
– Ты, наверное, торопишься, Слава. Мы и так отняли у тебя слишком много времени. А это непозволительно…
– Напротив, – улыбаюсь самой приятной из своих улыбок. – Мне не в тягость.
