Моя. По закону мести

– Ты где? – коротко рявкнул Гоша, вызвонив Тамира.

– Да присел тут на «хвост» кое-кому, – усмехнулся Тахиров, – шибко резво мудаки за тобой ломанулись. Выслужиться хотят перед Югрой?

– Может быть.

– Гош, время потянуть бы. Минут пятнадцать. Воронков где-то рядом, – предупредил Тамир.

– Как получится, – неопределенно усмехнулся Ирбис, бросил взгляд на «стволы», которые нашла Дуняша и оставила на своем сиденье.

– Шеф, а чего за срочность-то была? Почему охрану не взял? – уточнил Тамик.

– Женился, – только и ответил Ирбис, а остальное Тахиров и сам додумает.

– Да ты жмот! Опрокинул нас со свадьбой, да? – рассмеялся Тамерлан. – Никогда не думал, что Ирбис зашухарится по такому поводу. Трындец просто!

– Базар фильтруй, – беззлобно огрызнулся Ирбис.

– Ну что сказать, шеф, – усмехнулся Тахиров, – придется без царапин выбираться из заварушки, иначе ж буду некрасивым на твоей свадьбе.

– Впереди пролесок и поворот, – напомнил Ирбис.

– Понял, – уже серьезно отчитался Тамерлан, а Гоша четко расслышал, как щелкнул затвор автомата.

* * *Глава 19

Дуня без разрешения вошла в чужой двор, закрыла за собой калитку. Высокие ворота отлично укрыли ее от улицы и от всего, что происходило там, на дороге.

А девушка будто слышала, как трутся шины об асфальт, визжат, унося Георгия дальше от нее. Бред, конечно, слишком далеко, чтобы расслышать движение его машины. Но Дуне так казалось.

– Стой, где стоишь! – негромко рыкнул мужской скрипучий голос, а Дуняша вздрогнула и на всякий случай подняла руки ладонями вверх.

Дуня увидела, как ей навстречу, выйдя из дома, идет бородач с охотничьей двустволкой, а перед ним на земле сидел огромный мохнатый пес и смотрел на незваную гостью, склонив голову набок.

И Дуняша пока не понимала, кого стоит бояться больше: охотника с оружием, или пса.

– Дуня… Евдокия Ирбис! – стараясь, чтобы голос не дрожал, произнесла девушка, не опуская рук, – Георгий сказал, что у вас я буду в безопасности, Роман Леонидович.

– Жора Ирбис? – глаза мужчины удивленно сверкнули, и Кузьмичев только сильнее нахмурился.

– А я и не сестра, а жена, – гордо расправила плечи Дуня и опустила руки, да и стоило произнести эти слова вслух, в голос, как поверила Дуня еще сильнее в то, что действительно стала женой Георгия Ирбиса.

Мужчина негромко присвистнул, а мохнатый пес поднялся и, мягко ступая, приблизился к Дуне.

Девушка стояла, не шевелясь. Смотрела на собаку, и, почему-то, страха не было.