Моя. Под запретом

Целуя живот и спускаясь ниже. А там… Света дико смущалась всякий раз, когда Ирбис будил ее таким вот способом.

– Не ври! Я вижу, как ты хмуришься, когда тебе больно! – уличила парня во лжи, а тот лишь медленно склонился, сверкнув своими убийственно порочными глазами.

Света сдалась. Ну как ему сопротивляться, когда он такой? Никак.

– Обожаю тебя, Свет мой! – разобрала девушка, дико смутившись.

А как иначе? Если Демид и сегодня разбудил ее столь интимными ласками? И ведь уснули они глубоко за полночь. Все-таки ненасытный у нее муж, и упрямый.

Света слышала, как ласково и нежно что-то шепчет ей Демид. Но не могла ответить. Тело, послушное напору и натиску любимого, отказывалось слушаться ее. Реагировало только на Демида и его просьбы-приказы.

– Дааа, девочка моя, вот так…, – мурлыкал Ирбис, не сводя глаз со Светы. Он старался не упустить ни единой мельчайшей подробности. Как она стонет в его руках.

А после – затихает, сжимая его собой настолько плотно, что Ирбис моментально последовал за ней в их рай на двоих.

– Люблю тебя… – разобрал Демид легкий прерывистый шепот.

Света, невероятно соблазнительная, растрепанная, смущенная, но счастливая, лежала рядом в их общей постели. А Демид совсем некстати вспомнил, как лично подбирал эту кровать. Тогда он даже не надеялся на то, что Света станет его женой, даже и мечтать не смел о таком счастье.

Но все случилось так, как случилось. Демид Ирбис оказался счастливчиком судьбы. И теперь сделает все, чтобы Светлозара была счастлива с ним. Уж он постарается.

Ленивые мысли нарушил звук телефонного звонка. Демид нахмурился. Отец на правах непосредственного начальства предоставил ему внеплановый отпуск на неделю. Да и Бага пообещал присмотреть за делами вместо самого Демида.

Выходит, стряслось что-то реально важное, раз Демида беспокоят во время медового месяца.

Взглянув на экран, Ирбис нахмурился еще больше. Тревожное чувство неприятно царапнуло.

– Кто там? Маша? Что случилось? – пробормотала Света, очевидно почувствовав напряжение Демида.

– Сейчас узнаем, – хмурился Ирбис. – Да, Машка. Чего стряслось?

Света села на постели. Она молчала, пытаясь разобрать, что именно говорит сестра Демиду. Но тщетно. Марьяна говорила слишком тихо. И волнение за сестренку в душе Светлозары поднималось удушливой волной.

– Сиди там.