Моя. Под запретом

"

"Жалящий, жадный поцелуй должен был доказать Машке, что все происходящее с Алеком – не норма, не стандарт, не шаблон. И что у Фальковского срывает крышу от одного лишь вида красивого личика, запаха нежного парфюма, звука голоса Марьяны Тахировой.

Алек отстранился, когда стало нестерпимо сложно держать себя в руках. Когда оставалась секунда до того, как его ладони нырнут под платье и доберутся до заветной цели.

Отстранился и победоносно усмехнулся. Взгляд у Марьяши был осоловевшим. Поплыла девочка от эмоций, он видел это.

– В одном, Марьяша, ты права. Все действительно сложно. Нам нужно поговорить. Сегодня. В том клубе. Не придешь, сам тебя найду, – проговорил Алек девушке на ухо, касаясь губами нежной мочки.

Рваное девичье дыхание ласкало слух. Сложно было разжать руки, но пора уходить.

Алек шагнул назад. С трудом. Сдерживая себя. Стараясь не рвануть обратно.

– Ты псих, – потерянно прошептала Марьяна, качая головой.

– Я знаю, где ты живешь, Марьяша, – напомнил Алек. – Не придешь ты. Приду я.

– Думаешь развязать войну между кланами из-за ерунды? Тебе не хватает девушек, Фальковский? Зачем тебе я? – эти вопросы Марьяна задала, отвернувшись от собеседника.

Алек думал всего мгновение. Да даже скорее не думал, а подбирал правильные слова. Ответ он уже давно принял. Как и всю ситуацию. Осталось убедить и Марьяну.

– Ты особенная, Марьяша, – негромко пробормотал Алек и вышел через потайной ход.

* * *Глава 14

Маша смотрела на бежевое полотно, за которым скрылся мужчина.

Это же… Невероятно просто… Немыслимо… А он реальный псих!

Тахирова смотрела в зеркальное отражение. И что теперь делать? О чем Фальковский хочет с ней поговорить? Да и будут ли они говорить, оставшись наедине? Он же обладает каким-то гипнотическим даром. Воздействует на нее так, что Машка обо всем напрочь забывает. Даже свое имя! Какие уж здесь разговоры….

Сколько раз они встречались? Три? Четыре? И сколько раз их встречи прошли без поцелуев? Катастрофа! Конец света! Апокалипсис! Понятно, почему Алек так наседает.

– Черт бы тебя побрал, Саша! – простонала Марьяна, а потом осознала, что в мыслях уже отыскала то самое заветное обращение к этому мужчине.

Фальковский был прав. Алек – не нравится ей.