Моя. Под запретом

Маша прикрыла глаза. Она не падала исключительно потому, что Алек крепко ее держал.

Все, на что ее хватило – опустить ногу и сжать колени.

Запредельно просто. Невероятно. Настолько удивительно, что Маша готова была рухнуть. Если не в обморок, то просто кулем сползти на пол. Хорошо, что Алек ее крепко обнимал."

"А за широкой мужской спиной, закрывшей ее от всего мира, раздался шум шагов и незнакомый голос.

– Сань, время, – негромко произнес он.

– Понял, – отозвался Алек.

Шаги удалились и стихли. Фальковский выпрямился, подтягивая и Машу выше.

– Это Лева Ржавый. Моя охрана и совесть, – пояснил мужчина и вдруг вынул из кармана брюк ключ. Один единственный, без брелока. Простой ключ, каких миллионы. – Марьяша, так нельзя больше. То в забегаловках, то в кабаках.

– То на парковке, – подсказала Маша, хмыкнув.

– Верно. Умная моя девочка, – негромко хохотнул Алек и вложил ключ в девичью ладонь: – Чистая хата.

– Зачем мне это? – шепнула Маша.

– Марьяша, если я тебя приведу к себе, будем воевать с твоими. Я же не отдам тебя, Маш, – признался Алек без намека на улыбку. – Адрес скину в сообщении. Сможешь завтра? На пару часов. По времени выбирай сама. Я вырвусь.

– А говорил, что дела и бизнес, – хмыкнула Марьяна.

– Так. Все. Я передумал. Едем ко мне, – психанул Алек, а Машка перестала смеяться. Крепко сжала ключ.

– Не думала, что стану любовницей взрослого дяди, – фыркнула Маша.

– Надеюсь, под взрослым дядей ты имеешь ввиду меня, – прищурился Алек.

– А кого еще? – хлопнула ресницами Машка.

– Об этом тоже завтра поговорим, – предупредил Фальковский.

Маша открыла рот. Хотела было возмутиться. Что вообще за наезды в ее адрес? Разве она давала повод для такого тона?

Но тут же фыркнула, когда Алек тщательно расправил ее одежду, максимально прикрывая бедра.

– Буду ждать, Марьяша, – уже совсем другим тоном, вновь срываясь на поцелуи, зашептал мужчина, – в квартиру два входа.

– Далеко от моего универа? – спросила вдруг Марьяна, а пальцы уже привычно нырнули в волосы на мужском затылке.

Алек выдохнул, потерся носом о ее висок. Простой жест. Но настолько открытый, что Маша уже приняла решение.

Конечно же придет. А как иначе?

– Нет. Рядом, – ответил Фальковский, оттолкнулся ладонью от стены, отступая. – Хочу проводить тебя до машины.