Моя. Под запретом

– Ты бы согласилась? – приглушенно спросил Демид. – Выйти за меня?

Света не успела ответить. Где-то там, внизу, на первом этаже просторного и красивого дома Ирбисов поднимался скандал. Прибыли Тахировы. И самый старший представитель семейства явно был не в настроении.

– Где этот щенок?! – рычал Тамик Тахиров.

– Демид, умоляю, без фанатизма! У тебя ранение! – взмолилась Света и крепко обняла любимого за талию, прижавшись щекой к груди.

– Все будет хорошо, Свет мой, – пообещал Ирбис, а потом, настойчиво и упрямо: – Ты бы согласилась? Выйти за меня.

– Конечно, – выдохнула Света.

Демид ощутимо расслабился. Света чувствовала, как исчезло напряжение, сковавшее Ирбиса. И молодой мужчина, придерживая Свету одной рукой, свободной нырнул в карман пиджака.

– Вот, Свет мой, надевай и помни: ты лучшее и самое важное, что есть у меня. Без тебя мне ничего не нужно, – негромко говорил Демид, а Света слышала, что голос отца становится громче.

– Сбежим? – с надеждой в голосе предложила Света, взглянув на огромные окна, ведущие на балкон.

– Еще чего, – фыркнул Демид и жадно поцеловал Светлозару.

Кольцо, спрятанное в футляре, село на безымянный палец Светы идеально. Пара к женскому украшению лежала там же. А Демид терпеливо ждал, пока Света сообразить, что делать с ней.

И когда Тамик Тахиров, наконец, добрался до второго этажа, Демид Ирбис самозабвенно целовал свою избранницу. А на руках обнимавшихся молодоженов красовались обручальные кольца.

* * *– Ни стыда, ни совести, – ворчал Тахиров, потягивая крепкий напиток из своего стакана.

За столом, накрытым по случаю внезапного семейного торжества, остались одни мужчины. Прекрасная половина семейства отделилась, чтобы обсудить свадебную подготовку. Но поскольку женщины оставались в той же комнате, то разговор был слышен и им.

– Даже не сказал! – с укором и досадой поддержал Бага своего отца.

– Он даже мне не сказал! – вмешалась Света, а Демид, услышав фразу любимой, перехватил ее взгляд и подмигнул.

Света вздохнула. На скуле и под глазом Ирбиса имелись внушительные «фонари». И от девушки совсем не укрылось то, как Демид едва заметно кривился, стоило ему слишком резко пошевелиться. И даже несмотря на побои, Ирбис пребывал в отличном настроении, пожалуй, даже было несколько непривычно Свете видеть любимого вот таким: довольным, улыбающимся, расслабленным.