Ну да ладно, я не сильно требовательный — тем более, когда это в подарок — тем более вслед за не очень опытными губками приходили куда более опытные. Член ни на минуту не оставляли в одиночестве, как и мои губы, лицо, плечи, торс — каждый сантиметр моего тела жадно ласкали, заставляя меня стонать от удовольствия.
— Говорят, — нашептывала чертовка, — у Мишеля были лучшие в городе дни рождения. Но мы ведь его переплюнули, да?..
О, дааа… А еще говорят, на свой день рождения Мишель козлил (чему нет смысла не верить) и устраивал целый аукцион, где самый ценный лот — его хрен — получит самая-самая заморочившаяся.
И девчонки аж из трусов выпрыгивали лишь бы привлечь его внимание и получить шанс — о чудо! — быть трахнутой им. Я же, в отличие от него, был гораздо добрее и гораздо щедрее: для меня каждая была самой-самой, и со всеми я охотно делился собой, позволяя каждой получить то, что она хотела. В конце концов, кое-что мог подарить и я — оставить себя во всех желающих.
После сладчайшего минета, дружно сделанного кучей губ, пока мои руки сжимали две разные груди с двух разных сторон, на меня полезла кто-то третья.
Так что на «у меня никогда не было одновременно с толпой девчонок» тоже больше можно не пить. Всего за один вечер мой опыт вырос в десяток раз. А может, и в дюжину — я до сих не знал, сколько их тут, но был благодарен каждой.
Бедра сменяли друг друга, принося разную тяжесть, но даря одинаковый кайф. Разное дыхание обжигало кожу, разные стоны взрывали воздух. Множество пальцев и губ жарко гуляли по моему телу — я был словно султан в гареме, которого страстно ублажали все его наложницы.
Переводя дыхание между поцелуями, я чувствовал, как меня желали со всех сторон — для каждой здесь и сейчас я тоже был самым-самым.
Все-таки за этот год я достиг кое-каких успехов.
Повязку с глаз сняли, только когда все ушли. Перед этим я слышал довольные перешептывания, хихиканья и шелест надеваемой одежды. Напоследок все мои недавние наложницы отметились на моих щеках.
Я пытался хотя бы по количеству поцелуев угадать, сколько их тут, но пакостницы словно понимали, что я гадаю, и чмокали дополнительно — одни поверх других.
Хихикая, мой поздравительный гарем ушел. Когда атласная лента наконец спала с глаз, в гостиной обнаружились только до крайности довольная Алена, беззвучно ржущая Даша, кинувшаяся меня тискать Инна и немного обалдевшая Влада — в общем, основная часть моего гарема, которая собиралась не только по праздникам.
