Моя пылкая любовница

Пока беременность не станет заметной. Надо уехать туда, где она точно не встретится ни с кем из своих знакомых.

Наверное, подойдет Шотландия. Но тут она представила себе, что придется провести зиму в холодном сыром климате, и передернулась, словно вокруг уже дули ледяные ветра и мел снег.

На континенте, конечно, было бы гораздо лучше. Там можно подыскать подходящее местечко, чтобы родить младенца. Франция, разумеется, отпадает сразу из-за войны. Может быть, Италия или Греция? Если, конечно, она найдет надежный корабль.

Завязав узелок, Джулианна проворно оборвала нитку и сунула руку в корзинку за следующей, на этот раз зеленой — для листочков. И тут в дверь гостиной легонько постучались.

Вошел Мартин, дворецкий. Джулианна подняла на него глаза.

— Миледи, — произнес он своим хорошо поставленным голосом, — пришел визитер. Я сообщил, что вы никого не принимаете, но он все равно настаивает.

— А свое имя он назвал? — поинтересовалась Джулианна, вдевая нитку в иголку.

— Да. Пендрагон, миледи. Он сказал, что его зовут Рейф Пендрагон.

Джулианна вздрогнула и нечаянно ткнула иголкой в руку. Поморщившись от боли, она взглянула и увидела, как на ранке набухает красная капелька крови. Джулианна вытащила носовой платок и прижала прохладный шелк к руке.

— Передать джентльмену, что вас нельзя беспокоить? — уточнил Мартин, явно заметивший ее странное волнение.

Слишком поздно, подумала Джулианна.

— Нет-нет, я его приму, — ответила она.

Дворецкий поклонился:

— Хорошо, миледи.

Сердце ее колотилось, внутри все сжалось от ужасного волнения.

Черт бы побрал Гарри за то, что он влез не в свое дело, и за то, что ему захотелось изобразить из себя бесстрашного рыцаря! В глубине души она понимала, что брат хотел как лучше, даже если и не имел права вмешиваться. Неужели он собирался бросить вызов Рейфу? «Звезды на небесах, надеюсь, что эти двое не будут драться на дуэли!» Или они уже встретились сегодня на рассвете, и теперь Рейф явился принести ей свои извинения за то, что убил ее брата?!

«Не будь дурой, — выругала она себя.

Времени на дикие домыслы не осталось — вернулся Мартин, а следом за ним в комнату вошел мужчина, от одного вида которого голова закружилась, и беременность не имела к этому никакого отношения. Впившись ногтями и обивку стула, Джулианна изо всех сил пыталась сохранить хладнокровие.

— Мистер Пендрагон, миледи, — доложил Мартин.