Моя пылкая любовница

Телохранитель Джулианны — один из троих, что держали ее под неусыпным наблюдением, — откашлялся, прежде чем продолжить:

— Она и тот малый разговаривали несколько минут прямо на улице. Потом ее подруга, леди Невилл, все-таки вышла из лавки, и они стояли и болтали уже втроем.

Рейф покрутил в пальцах ножик для бумаг.

— Ну а дальше?

— Все вместе пошли в чайную на Бонд-стрит. Сидели там больше часа — ели, пили. И все время болтали.

— Ты выяснил имя этого человека?

— Да, хозяин.

Рейф сильнее сжал серебряное лезвие. Будь это настоящий нож, он бы поранился до крови. Прошло довольно много времени, пока он заставил себя разжать пальцы.

— Спасибо, Пойнтер. Продолжай присматривать за леди Джулианной.

— Разумеется, сэр. К тому же у нас есть портреты того парня, ну, виконта Мидлтона. Если он только сунет нос обратно в город, уж мы его сразу увидим.

«Да, — подумал Рейф, — со всеми сыщиками, что я нанял, плюс Ганнибал и другие мои люди… Сент-Джордж не сможет вернуться незамеченным».

Телохранитель ушел. Рейф, опять оставшись в кабинете один, откинулся на спинку кожаного кресла, выдохнул и постарался взять себя в руки.

Джулианна — его жена. Они живут в одном доме, и почти не видятся."

"«Черт возьми, — выругался он, — я проводил с ней больше времени, когда мы тайком встречались на Куин-сквер! И тогда мы были куда ближе».

Мысли его вернулись к информации, полученной от телохранителя, — к встрече Джулианны с Саммерсфилдом. Пальцы снова начали поигрывать с ножом для бумаг.

Что она себе позволяет, в открытую разговаривая с графом? Она же дала слово, что не будет его поощрять! Неужели вообразила, что теперь можно не сдерживать обещания? Что ему будет все равно, если она начнет кокетничать с повесой вроде Саммерсфилда?

Подняв ножик вверх, он с силой воткнул лезвие в толстую бухгалтерскую книгу в кожаном переплете.

А у того хватает наглости увиваться вокруг нее.