Моя пылкая любовница

Рейф кинул на блондинку быстрый взгляд:

— Извините нас, ладно?

— О, ну конечно, — ответила та. Голос с сильным французским акцентом звучал пленительно.

Джулианна вышла из комнаты прежде Рейфа, думая, что он даже не сделал попытки представить ее этой женщине.

— Так в чем дело, Джулианна?

Вспомнив, наконец, зачем она сюда пришла, Джулианна обрела дар речи, вздернула подбородок и посмотрела ему прямо в глаза:

— А то вы не знаете! Ганнибал ходит за мной следом по всему городу и дал мне понять, что делает это по вашему приказу.

Я хочу, чтобы он это прекратил.

Рейф сунул руку в карман брюк.

— Ах, это!

— Отзовите его, Рейф.

— Простите, но боюсь, я не могу этого сделать. Просто научитесь не обращать на него внимания.

У нее даже рот приоткрылся.

— Но это невозможно. Все вокруг начнут шептаться, захотят узнать, зачем мне вдруг потребовался охранник, который ходит за мной по пятам! Честно говоря, это унизительно.

— Не понимаю почему. Слуги часто сопровождают женщин.

— Леди берут с собой горничных или лакеев, а не подобных громил.

— В этом сезоне вы не ведете активную светскую жизнь, а поскольку до родов осталось рукой подать, вряд ли вам придется оказаться в обществе, где это заметят. Не понимаю, в чем дело.

— Вы что, не доверяете мне? Почему Ганнибал ходит за мной по пятам?

— Он нужен, чтобы защищать вас. Вас и ребенка.

— И я, и ребенок чувствуем себя прекрасно. Нам не требуется охранник. Или, точнее сказать, тюремщик?

На какое-то мгновение его лицо исказилось, словно от боли.

— Вы вольны приходить и уходить, когда вам вздумается.

Но Ганнибал будет рядом.

— Так вы его не отзовете?

Рейф кинул на нее жесткий взгляд:

— И не подумаю.

Джулианна прогнала подступившие слезы, но обида застыла в груди, как кусок льда.

Он повернулся и взялся за ручку двери.

— Господь свидетель, лучше бы я тебя никогда не встречала!

Он замер. — Я тоже так думаю.

Повернувшись настолько быстро, насколько смогла, Джулианна торопливо пошла прочь.

Рейф стоял неподвижно, забыв о том, что сжимает пальцами медную дверную ручку.

Закрыв глаза, он пытался успокоиться и взять себя в руки. Наверное, можно было повести себя по-другому, объяснить, что он тревожится из-за Сент-Джорджа. Но он не хотел пугать Джулианну, тем более сейчас, когда ребенок вот-вот родится.

Сделав глубокий вздох, он открыл дверь и вошел в кабинет.

ИветтБолье подняла глаза и улыбнулась:

— С вашей женой все в порядке?

— Да, — солгал он, подошел к креслу и устроился в нем. — Все очень хорошо.