– Нуууу, мадмуазель Рейли, – протянул Дюпон, проходя в кабинет и вальяжно раскладывая части тела в кресле для гостей, – Вы же не часто радуете нас своим появлениям на еженедельных летучках. Так что приходится заходить к Вам отдельно. – Он пристально смотрел на меня.
Неужели Кенье уже успел нажаловаться? У него, что проснулась тактика?
– Что-то случилось?
– С утра звонили из «Крисмо». Они хотят Вас, мадмуазель Рейли. – Он небрежно смахнул с плеча несуществующую пылинку. – Что скажете?
Послать бы вас всех. Вот что я скажу.
– Я говорила, что Кенье не справится.
– Кенье справился. Но… у него мало опыта, так что тебе просто необходимо помочь ему.
Интересно, Роберт сказал Дюпону, что я отказалась помогать?
– Интересно, с чем же он справился? Концепции были предоставлены мной, он лишь договорился о дате и месте съемок, так же нашел необходимые типажи. Не думаю, что ему скучно было сидеть на кастинге моделей.
– Ну не будь такой злюкой. Я же знаю, что за «Крисмо» ты болеешь всей душой. И тебе приятно, что они хотят работать именно с твоим составом.
– Да, Анри. Ты прав, мне приятно. Ладно, не будем о грустном. Через пару дней открытие ежегодной выставки альтернативного дизайна. Пару дней мой отдел будет работать в упрощенном режиме, так как мне хотелось бы, чтобы каждый из них побывал на выставке и провел там хотя бы один день. Полезно для проветривания мозгов.
– Ты тоже туда пойдешь?
– Да, скорее всего на первый и последний дни. Мадам Роже очень хотела меня там видеть.
– Делай как знаешь, но удовлетвори «Крисмо», они важны нам.
– Дюпон поднялся и пошел к выходу.
Важны они нам. Как будто я сама этого не знаю. Я задумчиво поковыряла пальцем стол. «Крисмо» нормальные ребята, интересно: почему они вдруг заартачились? Ладно, выяснять это буду уже не я, хотя я за них и «болею всей душой», но… В общем: выяснять это буду не я.
– Женевьева! – Позвала я, вдавливая кнопку селектора. – Вызови ко мне Поля.
4
А вечером, ну или почти ночью, я поехала домой. Господи, сколько же времени я не была дома? Неделю, как минимум.
И теперь моя берлога встретила меня серым скучным зевом, неприветливой съемной квартиры. Да-а-а-а. Действительно берлога, и не моя. Кровать, которую даже выкидывать стыдно, телевизор, который никогда не показывал ничего кроме «белого шума», табуретка и неработающий холодильник – почти спартанская обстановка, но мне хватает. Гости у меня бывают редко, если только Николь приезжает «поболтать о делах и мужчинах», а ее вроде все устраивает.
