– Спасибо, я не голодна…
Ну, вот видишь. Она не голодна. Да и в меня сейчас не полезет еда.
– Может, просто… прогуляемся? – еле слышно предложила Элен.
Мои руки, собирающие листки в стопку замерли лишь на мгновение. Может мне показалось? Я подняла глаза на Элен, она нервно теребила ремешок от сумки и все так же старательно прятала глаза.
– Отлично. Полезно иногда дышать свежим воздухом, – ответила я невозмутимым голосом, выравнивая собранные листки о стол. – Или ты предпочитаешь прогулку на автомобиле?
Конечно, прогуляемся! Господи, да пойдем хоть на край света, лишь бы эта дорога не заканчивалась никогда!
– Поедем на набережную?
– Левый берег или правый? – спросила я, убирая стопку бумаг в стол, и доставая ключи от офиса.
– Правый… – улыбнулась она.
20
Мы ехали молча. Но тишина не была обычно-напряженной. Это была тишина двух авантюристов, которые волею судеб оказались в одной лодке. Тишина, принадлежащая двум людям, которые ехали куда-то вместе, но каждый за своим. И со своими мыслями.
И поэтому она не тяготила.
Я остановила машину и, обойдя ее кругом, помогла выбраться из нее Элен.
Так же молча, мы спустились к реке.
Неспешно вымеряя набережную Сены, я уже не давилась ощущениями. Я слишком отчетливо начинала понимать, что это конец. И шла, как по эшафоту, ожидая, что в любой момент палач приведет приговор в исполнение.
Так бездарно потратить время… Господи, как же порой люди бездарно тратят время… Казалось бы вот, то что ты ощущаешь – время – но почему-то так часто случается, что ты совсем не замечаешь, как оно ускользает…"
"Но с другой стороны, что можно сделать, если человек сам не знает что ему нужно? Если человек принимает то одну сторону, то другую… Ты можешь метаться вместе с ним, радуясь, когда он на твоей стороне и проклиная судьбу, когда он уходит… Но постепенно ты сгораешь… И разница сторон уже не несет эмоций… Вообще никаких… А когда не остается эмоций, можно смело сказать, что временно ты мертв.
Душевно мертв, что самое занимательное… Тело-то живет… Наверное…
– Элен… – она резко остановилась, и я почти наткнулась на нее.
Чтобы не упасть, мне пришлось ухватиться за нее руками.
– Что?
Установив равновесие тела, но не души, я убрала руки. Теперь она стояла прямо передо мной, и, чуть приподняв голову, смотрела мне в глаза. От внезапно вспыхнувшего желания поцеловать ее, потемнело в глазах.
И поцелую… Что мне мешает?
Сердце замерло на миг, но сразу же разразилось дробью болезненных ударов в ребра.
