Не хочу вешать груз ненужных чувств на плечи человека.
– А почему ты столь неопровержимо заявляешь о том, что ей не нужны твои чувства? Она тебе это сказала?
– Я это поняла.
– Ничего ты не поняла, глупая. Неужели ты не понимаешь, как тяжело ей было признать свою беременность? Именно в момент вашего примирения? А как тяжело было ей признаться в этом тебе? Сколько мужества ей понадобилось, чтобы принять решение оставить ребенка, зная, что лишиться тебя? А что она чувствовала, отпуская тебя? Снимая с тебя все обязательства и давая тебе, дура, тебе право выбора? Или это ты, трясясь от страха, сбежала от жениха к любовнице, чтобы обнаружить в ее кровати другую женщину? Да проснись же ты!!! Сколько можно думать только о себе??? Удивляюсь, что такая сильная и бесстрашная женщина, как Элен, нашла в тебе?
Ее слова доходили до меня, как сквозь толстый слой ваты.
– Что она сделала такого, что ты ее так наказываешь? Или ты думаешь, что сейчас плохо только тебе? Никогда не замечала в тебе такого… бездушия и такой жестокости.
Тоненькие ниточки слов все же просачивались в меня. Минуя стену моей обиды и непонимания, они тихо падали на выжженное болью сознание.
– Ник… – прошептала я в полумрак.
– Что?
– А сейчас уже очень поздно? – с замиранием спросила я.
– Смотря на сколько ты торопишься, – Николь встала, и вышла из комнаты на кухню.
Я лихорадочно вскочила и кинулась одеваться.
Сколько мужества ей понадобилось, чтобы принять решение оставить ребенка, зная, что лишиться тебя?
Слова Ник достигли своей цели, тонкие ниточки, переплетаясь между собой, становились отчетливее и ярче.
Неужели я действительно могу быть настолько слепой? Настолько гордой? Настолько жестокой? Или наступившее прозрение – видимость? Способ уцепиться за желаемое? Желаемое, которого нет в действительности…
Мои руки остановились на пуговице.
Господи, я же жить без нее не могу!!! Могу не дышать рядом с ней, но жить без нее не могу.
Не хочу! Все равно, нужно ей это или нет, не знает никто. Ни я, ни тем более Ник. И никто кроме меня этого не сможет узнать.
Я схватила ключи от машины и хлопнула дверью.
Господи ну как можно быть такой дурой? Дважды дурой…
Пять лет назад… Она ехала ко мне… торопилась… что она хотела сказать… Ей было страшно? Как мне? Или она ехала уверенная в том, что я люблю ее… и что она любит меня…
А я… мне было больно, я устала.
