Чего далеко ходить — я и сейчас готов это сделать, но меня останавливает понимание того, что она вновь будет расстроена моим вмешательством. И клятва, которая вылетела из моих губы, пока я был пьян."
"Клятва, блядь. В кого я превращаюсь? Так по-детски то, что я не собираюсь её нарушать.
И есть ещё одна причина, помимо этих двух.
Что бы я там ни увидел, я буду в бешенстве и найду то, что мне не понравится. В прошлый раз я узнал то, что она собралась рисовать на заказ и она решила переночевать у отца, чтобы я мог подумать о своём сумасшествии.
— Значит, у меня не будет шанса на измену, раз ты всё знаешь, — подшучивает она. Её игривый тон заставляет мой член снова встать. Хотя суть её слов наполняет моё сознание чернотой.
— Ты собираешься мне изменить, принцесса?
— Пока что у меня не было этого в планах, — издевается она.
— Скажи, когда у тебя появится это в планах. Я убью любого твоего кандидата, привяжу тебя к постели и в очередной раз напомню тебе, кто твой единственный мужчина и твой официальный муж.
Чуть приподнявшись, она прижимается лицом к моей груди и руками обхватывает шею.
— Ты ведь понимаешь, что я шучу, правда?
— Конечно, малыш. Ведь ты знаешь, что принадлежишь мне. Если ты открываешь глаза и смотришь на мужчину, то этот мужчина я, никто другой.
— А ты? — резко она поднимается. — Ты будешь верным мужем?
Верным ли я буду мужем? Я не был верен своей первой жене, но лишь потому, что у меня никогда не было к ней никаких чувств. Наш брак — это моё желание иметь наследника.
Да, я не мог отказаться от ребёнка, которого в итоге не получил. А потом это была лишь привычка, удобство, от которого у меня не было времени отказываться. Весь мой брак строился на взаимовыгодных условиях и лжи. Я изменял, а моя жена знала, что я изменяю и никак на это не реагировала.
Полина.
Нет, Полина не взаимовыгодное условие. Она — моя религия, мой ориентир, моё спокойствие и безумие в одном лице. Я не изменю своей религии, не предам свой ориентир, никогда не променяю своё безумное спокойствие ни на что.
Я готов ещё год не трахаться, если потребуется. Год, два, три, только бы она была со мной.
— Я это спрашиваю, когда мы уже поженились… — это замечание умиляет меня.
— Ты никогда не разочаруешься во мне, клянусь, — говорю я. Услышав это, она расслабленно возвращается на подушку в виде моего локтя и снова закрывает глаза.
Больше не пытаясь вытянуть из меня обещаний, которые я не выполню, если кто-то посмеет подумать, что может забрать её.
