— Так что за Айдар?
— Леш… — Получается слишком раздраженно. Палюсь.
— Ну не хочешь — не говори. Но ты какая-то дерганая в последнее время, Аль…
Не смотрю в глаза. Продолжаю бродить по кухне, имитируя деятельность. А он же правду говорит. Я дерганая настолько, что даже его «Аля» бесит. Снова вспоминаю, что не разрешала так себя называть. Но дело не в нем. Мне нужно научиться жить в новых обстоятельствах.
Я в постоянном стрессе. Жду звонка от Салманова.
— Я думал покупку машины отметим. — Молчу. Смотрю вниз.
— Но если я не вовремя…
— Если честно, да.
Вот на этих словах уже поднимаю глаза и пусть со стыдом, но выталкиваю из себя правду. Читаю во взгляде Леши задумчивость и разочарование. Чувствую себя ужасной.
— Давай я тебе позвоню, Леш, как с делами разгребусь…
Леша усмехается.
— Это когда? Месяца через три?
Прикусываю кончик языка. А я не знаю. И не знаю, как сказать, что ему к нам лучше вообще не лезть.
И не знаю, почему. Потому что так хочет мое сердце или потому что так приказал Айдар?
Я до сих пор не пережила встречу в ателье.
И до сих пор боюсь новой. Ее неизбежность меня медленно уничтожает.
Я ему дочку не отдам. Но надолго ли меня хватит в борьбе?
Прерывисто вздыхаю и смотрю на гостя.
— Леш… — Он с улыбкой опускает голову. Качает ею.
— Ладно, Аль. Извини, что без предупреждения…
Леша отталкивается от столешницы, делает несколько шагов из кухни. Мне неловко, желание всегда и для всех быть хорошей, а еще благодарной и оправдывать ожидания толкают в спину, чтобы остановила.
Но я стою.
В дверном проеме парень сталкивается с вернувшейся уже без «штанишек» Сафие.
— Ой, — дочка тормозит, Леша приседает.
Протягивает к ней руки, она не хватается.
— Давай, подброшу тебя…
Хмурится и мотает головой.
Сторонится она Леши. Она всех сторонится."
"— Что-то не клеится у меня сегодня с вами, Керимовы…
Леша обращается ко мне, повернув голову. Улыбается, я в ответ. Он уже оттаял. А я пожимаю плечами. Это потому что мы — Салмановы.
— Прости.
Напряжение спадает.
— И даже до потолка достать не хочешь? — Леша делает еще одну попытку. И тут-то Сафи дает слабину. Я успеваю заметить, как хмурится и надувает щеки. Вкладывает ладошку в руку Леши.
Я бы продолжала следить, но отвлекаюсь на телефон.
Его вибрация заставляет столешницу задрожать.
Опускаю взгляд, тяну на себя.
Это было неизбежно, я знаю, но читаю: «Через сорок минут по адресу:…» и сердце ухает в пятки.
