Моя вина

– Мы нашли доступ к камерам дискотеки, она там, Николас, они поехали ее спасать.

Я чувствовал, как все мое тело затряслось.

– Я не собираюсь здесь оставаться, – объявил я, повернулся и бросился к двери.

Но в следующую секунду сильная рука отца схватила меня.

– Ты никуда не поедешь, Николас, – сказал он, пристально глядя мне в глаза.

Что, черт возьми, он говорит?

– Я не останусь здесь! – крикнул я, вырвавшись и бегом спускаясь по лестнице.

– Раффаэлла! – услышал я голос отца.

Я увидел, что Раффаэлла бежит за мной.

– Я поеду с тобой, Николас, – сказала она решительно.

Я с сомнением взглянул на испуганное лицо отца, который подошел к нам.

– Я не позволю, чтобы кто-то еще в нашей семье пострадал. Вернитесь в дом! – проревел он, хватая Раффаэллу за локоть.

Я знал, что он был напуган так же, как и все мы.

– Я поеду, хочешь ты этого или нет, Уильям. Речь идет о моей дочери! – вскрикнула она в отчаянии.

Я посмотрел на своего отца.

– Я поеду, папа, и не пытайся меня остановить.

Он в отчаянии смотрел на нас обоих.

– Хорошо, но тогда мы поедем вместе с полицейскими, – наконец сдался он.

Десять минут спустя мы уже пересекли весь город, за нами следовали еще три полицейские машины. Было слышно, как они по рации сообщают друг другу о происходящем, и это просто убивало меня."

"Дорога не заняла много времени, и патрульная машина подъехала прямо к тому входу, откуда, как предполагалось, выйдет отец Ноа, если решит сбежать. Остальные полицейские заняли позицию у центрального входа.

Полицейский, стоящий рядом с машиной, крепко схватил меня за руку.

– Стой здесь, – твердо сказал он.

Я сделал то, что он приказал, не отводя глаз от дверей, откуда должна была появится Ноа, целая и невредимая… или раненая.

Долго нам ждать не пришлось. Через десять минут дверь, наконец, открылась, и появились Ноа и ее отец, удивленные открывшейся им картиной.

У Ноа на лице была кровь… Она была ранена.

Я почувствовал, как меня схватили сзади, когда я безотчетно попытался броситься ей навстречу.

– НОА! – закричал я со всей силы.

Ее глаза, испуганные и заплаканные, встретились с моими. Отец держал ее одной рукой, в другой его руке был пистолет, который он направил ей прямо в голову.

– Брось пистолет! – прокричал полицейский в мегафон.

Я в отчаянии схватился за голову.