Моя вина

Не понимая, что делаю, я обнаружила, что отвечаю ему тем же. Мои руки сплелись вокруг его шеи и притянули его к себе.

Мы оба тяжело дышали, и его голубые глаза пристально смотрели в мои, в то время, как я пыталась контролировать волны горячего удовольствия, которые окатывали меня с головы до ног. Я все еще удерживалась, обхватив его ногами, но вскоре его руки плотно прижали меня к его телу, как будто он не мог выдержать пространства между нами.

– Ты грубиян, – сказала я ему, задыхаясь и не желая останавливаться. Меня не волновало его отношение ко мне.

Меньше чем за пять минут он заставил меня дать ему все, что он хотел.

– А ты невыносима.

У меня не было времени спорить с ним, потому что его губы снова оказались рядом с моими.

Боже, он был так напорист! Я чувствовала, что одной рукой он начал расстегивать мне блузку, в то время как другой плотно сжимал мои бедра. Часто дыша, он начал двигаться вправо, намереваясь посадить меня на маленький столик неподалеку, но я потянула его назад, натолкнувшись спиной на стену.

Внезапный щелчок – и в комнате загорелся свет, озаряющий все вокруг и нас самих с мучительной ясностью.

Это было так, как будто нам на голову вылили стакан холодной воды. Николас остановился. Он удивленно посмотрел на меня, его дыхание, как и мое, прерывалось. Реальность вдруг приобрела большую власть, чем физическое притяжение наших тел. Он прислонился своим лбом к моему и на несколько секунд, которые показались мне бесконечными, закрыл глаза.

– Черт! – сказал он. Опустил меня на пол, и даже не взглянув снова, повернулся и вышел из кабинета.

Действительность оказалась такой болезненной, что у меня подкосились ноги, и я медленно сползла вниз по стене. Сидя на полу, обхватив руками колени, я поняла, что мы только что натворили.

Поцелуи с Николасом ничем мне не помогут. Они ненадолго притупляли боль измены Дэна, но острое чувство одиночества, которое я испытывала, не уходило. Новый эпизод с Ником может принести только новые неприятности.

16. Ник

Я весь горел. Я полыхал, во всех возможных смыслах этого слова.

Целую неделю я думал о том поцелуе, которым мы обменялись на гонках, и каждый раз мое настроение портилось от этого воспоминания.

Видеть Ноа в собственном доме и не сметь прикоснуться к ней было невыносимо. Этой ночью она была потрясающей, и я не мог оторвать от нее глаз. От ее ног, от декольте, от длинных блестящих волос. Я не мог смотреть, как она танцевала у меня перед носом с моими друзьями, и видеть, как они пожирают ее глазами.