Моя вина

Бои стали частью моей жизни с того момента, как я встретил Лиона. Он отлично дрался, и я научился от него почти всему, что умел. Быть может, только злость, с которой я дрался, была у меня сильнее, поэтому почти никто не мог со мной справиться. Мне было легко побеждать соперников. Когда я дрался, все мои чувства были сосредоточены на победе, больше ничего не имело значения. Драки помогали мне выпустить пар и весь негатив, который скапливался внутри. Особенно мне это было нужно сегодня. После визита к Мэдисон у меня остался очень тяжелый осадок.

Тем более после того, как я узнал, что ей придется провести всю эту неделю в одиночестве, потому что ее родители уезжали в отпуск на Барбадос. Я не мог понять, как родители могут оставлять своих детей. Мне было больно видеть, как моя мать теперь бросала свою маленькую дочь, как когда-то бросила меня без малейших угрызений совести. Это сводило меня с ума…

Атмосфера здесь была всегда очень напряженной, нужно было быть осторожным. Поэтому я всегда приезжал, выигрывал, забирал деньги и исчезал.

Большинство оставались веселиться дальше: здесь лился рекой алкоголь и употреблялись наркотики. Мне это было не интересно.

Я снял рубашку и с холодной головой вышел на площадку для боя.

Грег был огромным парнем, он качался с утра до вечера в спортзале. Мы плохо ладили с ним с самого начала. До того, как я тут появился, он был первым на пьедестале, поэтому в драках со мной он выкладывался по максимуму. Он не был силен не только в технике, но и просто в грубой силе.

Эй Джей был другим, и у них с Лионом была своя предыстория. Однажды на дискотеке тот чуть не изнасиловал Дженну. Слава богу, я был рядом и смог ему помешать. Лион тогда еще не был знаком с Дженной, но когда они начали встречаться, и он узнал об этом, то чуть не забил Джея до смерти.

Народ собирался вокруг небольшого ринга, где мы должны были драться. Ставки были открыты в течение всего поединка, поэтому крики, освистывание и всевозможные восклицания были в порядке вещей. Я прыгал на своей половине, стараясь разогреться, пока Грег поднимался на ринг с другого угла.

В его глазах, устремленных на меня, читалась ненависть, было видно, что он жаждет крови. Мне пришлось сдержать самодовольную улыбку, зная, что меньше чем через десять минут я с ним покончу.

Парень, который собирал деньги этой ночью, выкрикнул мое имя, а потом и имя Грега, и через минуту началось веселье. Одна из больших ошибок Грега – раздача тумаков направо и налево в самом начале боя.