Моя вина

Только она не знала одной маленькой подробности: мы больше не были парой влюбленных.

– Ты была такая грустная, Ноа, я знала, что единственный, кто мог бы заставить тебя улыбнуться, – это Дэн. Так почему было не пригласить его провести несколько дней здесь, с нами?

О, мамочка! Как же ты ошиблась.

Я с усилием улыбнулась, когда Уильям пожимал Дэну руку. Мама тоже обняла его, а потом они повернулись, чтобы посмотреть на нас, стоящих рядом друг с другом.

– Мы оставим вас наедине, я уверена, что вы с нетерпением ждете момента, чтобы побыть вместе, – с воодушевлением сказала мама.

 – Я подготовила для тебя комнату для гостей, Дэн. Если что-нибудь понадобится, не стесняйся спрашивать.

Дэн вежливо кивнул, а моя мать и Уилл исчезли через парадную дверь.

* * *

Когда они исчезли из виду, я, разъяренная, набросилась на Дэна:

– Я не могу поверить, что у тебя хватило наглости приехать сюда!

Отвернувшись от него, я начала собирать в ведро губки и тряпки. Но сейчас с этим можно было бы и подождать, у меня было кое-что гораздо более важное.

Все было неправильно. Дэн не мог остаться в этом доме, и я не должна была позволять ему целовать меня.

– Я не мог упустить такую прекрасную возможность лично извиниться перед тобой, – сказал он, сделав шаг ко мне.

Прежде чем он смог дотронуться до меня или поцеловать, я отступила назад:

– Ты не можешь остаться, Дэн.

Он нахмурился и подошел ближе:

– Я знаю, что ты все еще злишься, и я знаю, что пройдет много времени, прежде чем ты сможешь простить меня, но позволь мне быть с тобой в эти дни, Ноа.

Что бы ни случилось, вместе мы справимся, пожалуйста… ты моя, а я твой… помнишь?

Эта фраза прозвучала так, как будто мне вонзили нож в самое в сердце.

– Я перестала быть твоей в тот самый момент, когда ты поцеловался с моей лучшей подругой, – огрызнулась я, зная, что боль от того, что мне придется расстаться с ним навсегда в ближайшие несколько дней, оставит меня еще более опустошенной, чем я была сейчас.

 – Ты можешь остаться, но только лишь потому, что я не хочу обижать Уильяма и маму. К тому же мне совершенно не хочется, чтобы они узнали, как ты поступил со мной. Но впредь я больше никогда не хочу ничего даже слышать о тебе.

– Я знаю, что причинил тебе боль, Ноа, – признался он, подойдя ко мне. – Но я люблю тебя, я всегда любил тебя, и моя жизнь без тебя превратилась в настоящий бардак… И вот теперь, когда я тебя увидел, все снова обрело смысл.