Интересно, их первое столкновение в столовой не было ли чем-то запланированным властями? Ведь тогда она уже подала документы в ВАИ. Хотя если бы тогда кто-то знал, что Алекс Плат, бармен из «Чемодана» — кардагенский шпион, вряд ли бы он остался жив. Тем более кто бы ему позволили выкрасть чип? Если только сам Алекс не подстроил эту встречу.
Номер состоял из одной комнаты. Ничего необычного. Девушка Лиана Гудлинг сама одиннадцать лет назад ночевала в таком же. Стены цвета кофе с молоком, плотные портьеры на старинный манер.
Покрывало в цвет штор на кровати, которая занимала большую часть пространства. Два кресла возле окна.
Александр, встав спиной к окну, смотрел на Лиану. Она тоже остановилась, раздумывая как лучше повести разговор. Оба молчали. К чему слова, когда глаза выдали все, что шпионы хотели и не хотели говорить.
— Присаживайся. Здесь никто нас не услышит.
Пройдя к окну, Лиана села в одно из кресел. Александр сел в кресло рядом.
— О чем ты хочешь поговорить?
— О нас.
— Что ты хочешь услышать?
Сердце неистово стучало. Вот он шанс прикоснуться к запретному плоду, вкусить его хоть раз, пока она жива. Сжав кулаки, Лиана посмотрела на свои руки. Нельзя.
— Ты мне совсем не доверяешь? — мягко спросил Александр.
— Что ты имеешь в виду?
— Или не хочешь доверять? Возможно не имеешь на это право.
— Я так понимаю, тебя интересует моя жизнь, после возвращения в Интерию?
— Раздевайся, — скомандовал Фреэль.
— Прости, что ты сказал?
— Я хочу посмотреть, что с твоим позвоночником.
— Зачем тебе это?
— После того, как ты и Дэбри исчезли, я попал под подозрение.
— Ты уже говорил это.
— А как ты жила все эти годы?
— Я не была под подозрением, если тебя это интересует.
— Сначала я не верил, что ты предала меня. Я был уверен, что твоя жизнь или жизнь близких под угрозой, поэтому уходя, ты не сказала ни слова.
Лиана не поднимала головы. Он всё поймет, если она на него посмотрит.
— Потом, под прессом окружающих меня коллег, которые иногда случайно рассказывали новости из Интерии, я узнал о твоей помолвке.
Как ты думаешь, что я почувствовал?
— Какая разница? — прохрипела Гудлинг.
В горле пересохло от осознания того, что сейчас нужно сказать главную ложь в своей жизни."
"— Какая разница?!
Подскочив с кресла, Фреэль начал ходить по комнате. Майор, уставившись в одну точку, так и сидела рассматривая свои ладони, теребящие брюки. Нельзя на него смотреть, нельзя менять своё решение.
