Моль

- Постарайся уснуть.

- Холодно. – Он уже даже не то, что дрожит. Его конкретно подкидывает!

- Сейчас. Только одеяло принесу, – кивает головой женщина.

Она прикрывает дверь спальни и буквально бежит к гардеробной, где хранится большое пуховое одеяло, которым она практически никогда не пользуется. На повороте больно бьется пальцем ноги о комод. Шипит от боли. Возвращается в комнату, прихрамывая. Укрывает Василия поверх своего одеяла. Он так и лежит в ее старом больничном костюме.

- Холодно? – хриплый вопрос, в то время как зеленые внимательные глаза, не отрываясь, следят за его реакцией.

- Сейчас бы коньяка накатить.

- Нельзя. Ты принимаешь антибиотики. Да и с такой печенкой тебе теперь не скоро можно будет пропустить стаканчик.

- Умеешь ты утешить, – хмыкнул Василий, зарываясь носом в подушку.

- Спи. Не трать силы на болтовню.

Мужчину еще долго трясет, я она сидит рядом на постели и гладит его легонько по волосам, пока он не засыпает беспокойным сном.

Света поднимается с кровати, потягивается устало.

Разминает шею. Господи… Что она делает? Куда лезет? Идет в душ. Полотенце, которым она вытирала руки по приходу, валяется, скомканное, прямо на полу, нарушая стерильный порядок ванной. Поднимает его, аккуратно складывает и отправляет в корзину с грязным бельем.

Становится под упругие струи, смывая весь ужас сегодняшнего дня. И думает, думает, думает… В голове всплывают лекции по психиатрии, которые она строчила под строгим взглядом стареющего профессора. Однако сейчас в этой области многое поменялось.

И ей, наверное, следовало освежить свои знания, чтобы хоть как-то подготовиться к возможному поведению своего неожиданного гостя. При этом Светлана очень надеялась, что останется в живых. Чужая душа - потёмки. Душа этого мальчика/мужчины и вовсе что-то непостижимое. И она не была уверена, что хочет знать, что там, глубоко внутри, спрятано…

Моль вытерлась полотенцем, накинула банный халат. Быстрым движением поправила баночки с кремами и вышла в коридор.

Из комнаты доносилось хриплое шумное дыхание. Света ускорилась, хотя нога все ещё ныла. Может, помазать чем? Или приложить компресс…

Василий метался на кровати и что-то бормотал. Слов было не разобрать. Она присела на постель, аккуратно придерживая руки мужчины, но он стал отчаянно вырываться.

- Тише, тише… Василий, ты в безопасности. Ну же… Мальчик, успокойся… Ты себе вредишь… - взывала она, успокаивающе поглаживая мужчину по лицу.

Он был в объятьях кошмара.