— А что мне посоветуешь? На хорошую работу не берут из-за тебя, а в леспромхоз я больше не желаю.
— Ты найди-ка свою матушку Любу, чую, жива она, — говорит ему Артемий. — И больше от себя не отпускай, береги. Она тебя научит, как жить. А если меня оставят на этом свете, отсижу и к вам приду. Нет, так на том встретимся.
С тем встал, поклонился и подался в уездные органы. Никитка до околицы за ним плелся, просил остаться — один ответ:
— Иди мать ищи! Не ходи за мной!
Отстал, долго глядел вслед и, понурый, возвратился: ни от брата, ни от отца чего хотел, не добился.
Опять нарядился в гимнастерку с наградами и поехал он в город Омский. Вдруг работа достойная подвернется или девка красивая городская встретится — деревенских-то много, да все после войны будто пожеванные. А денег ни копья, из трофеев два пистолета немецких осталось, в деревне же их не продать, не берут за свою цену. На квартиру кое-как встал, по базару побродил, думал, медаль толкнуть, но там этого добра навалом и таких, как он — пруд пруди, за чекушку отдают, а в цене только хлеб и сало.
Подходит к нему какой-то хмырь.
— Что продаешь, фронтовичок?
— Ничего, отстань…
— Трофейная пушка есть? За тыщу куплю. Никитка про себя ахнул, но виду не подал.
— За полторы тыщи отдам парабеллум с патронами.
— Годится!
Эх, надо было две просить, быстро согласился! Но уж что, слово сказано, а хмырь — ухорез, видно, еще тот, пырнет в толпе и так заберет. Ушли в закуток, рассчитались без обмана, и Никитка в ресторан закатился.
А там девки сытые, красивые, вальсы танцуют, улыбаются, но не фронтовикам, которых тут раз-два и обчелся, а каким-то хмырям фиксатым, в пиджаках с галстуками. Потолкался там Никитка, понял, что герои не в почете здесь, взял второй пистолет и опять на базар. Этот хмырь тут как тут.
— Еще товару принес?
— Принес, да теперь дешевле двух не отдам.
— А что так дорого?
— Приодеться хочу.
— Так давай обменяемся на прикид?
И дает ему костюм почти не ношенный, штиблеты, рубаху с галстуком и даже шляпу фетровую.
Обменялись, а хмырь спрашивает:
— Что, туго живется, фронтовичок?
— Туго…
— Могу работу хорошую дать, непыльную, денежную. Приходи вечером.
И адресок назвал. Никитка приходит, а там пять таких же хмырей и еще один фронтовичок. Что надо делать, не говорят, сели в полуторку, за город поехали, к железной дороге — оказалось, надо склады продуктовые подломить! А там охрана из железнодорожных войск.
