— Примерно, как в Воронежской области. Но отчего же так долго ехали?.. Смотри! Это не дома. Вернее, не крыши…
На вытянутой вдоль озера площадке, обрамленной старыми соснами, двумя ровными рядами стояли самые настоящие пирамиды. В основном каменные, покрытые чем-то блестящим, но были и стеклянные, напоминающие оранжереи. Все примерно одного размера, высотой с двухэтажный дом, без окон и видимых дверей, отчего создавалось ощущение мрачной монолитности. Две из них выделялись особенно: одна стояла на отшибе прямо в сосняке, облицованная скорее всего искристым гранитом, а вторая — в центре этого странного поселка — была чуть ли не вдвое выше остальных.
— Кажется, мы в Египте. — ухмыльнулся Самохин.
— Да в каком Египте? — Плюхач утратил остатки чувства юмора. — Хрен знает, что… Там же пески крутом, пустыня!
— Тихо, не кричи… Будет тебе и пустыня. Охранник окончательно расслабился и молча плелся сзади с видом человека, после долгих скитаний вернувшегося в родные места.
— Я знаю, как называется этот город, — оглянувшись, похвастался Самохин.
— Как?
— Тартарары.
— Хочешь сказать, загремели в тартарары?
— Сквозь землю провалились.
— Уже крыша едет… Я скоро и в это поверю.
— Да ладно, я пошутил. Мы действительно в Сибири, на поверхности родной земли.
Пирамид было десятка полтора, и еще две только строились на дальнем конце площадки: несмотря на ранний час, водил стрелой автокран, на деревянных лесах мелькали люди."
"Тема пирамид изучалась в «Бурводстрое» года два назад, когда началось новое поветрие среди ищущих чуда — лечения в их пространстве, исправления либо зарядки воды, и коль появился спрос, то тотчас последовало предложение: предприимчивые и сообразительные люди начали возводить пирамиды из стекла и металла — для богатых клиентов, из досок или брезента — для бедных.
Десятки внешне нормальных и, в общем-то, благополучных людей сутками, а то и месяцами ели, пили и спали в них, бездетные пытались зачать детей, инвалиды надеялись, что отрастут руки и ноги, раковые больные ждали, когда пирамида начнет разрушать злокачественные опухоли.
Даже была обеспечена широкая рекламная кампания, где умные и нищие ученые за небольшую плату старались обосновать чудодейственность пространства, ограниченного стенами под определенным углом. Однако пирамидная шизофрения в Москве и ее окрестностях продлилась недолго ввиду слишком уж махрового мошенничества.
