— Так пусть открывает эту пирамиду! Он что, не хочет?
— Я еще не спрашивал, только собираюсь. Но знаю, что он потребует взамен.
— Что?
— Суму нищего.
— Стоп! Дай подумать… А если за согласие немедленно подписать контракт?
— Попробую…
Договорить адмирал не позволил, и после выразительной фразы матом добавил изумленно:
— Если передать, значит, нам опять придется иметь дело с ним? А он начнет торговаться!
— Начнет…
— Не отдавай. Ни под каким предлогом! Какой объем?
— Объем чего?
— Ну, самого прогноза, информации?
— Уместилась в суму нищего.
— И это все наше будущее?
— Какое уж отпущено…
— Сам-то читал? Ведь, читал, наверное?
— Не успел, времени не хватает.
— Ладно, если все в одной сумке — храни у себя и глаз не спускай.
— Мне надо сегодня идти к самозванцу. Обстоятельный и мудрый разведчик вдруг стал легкомысленным.
— Да теперь наплевать на него! Потом сходишь.
— Но пирамиду нужно открыть в любом случае и сегодня. Пока он ничего не знает. Завтра может быть поздно, или уже сегодня вечером.
В его службе безопасности ваши коллеги.
— Это принципиально, чтобы открыл ее именно он?
— Нет, могу и я…
— Тогда какие проблемы?.. Погоди, что там может быть, в пирамиде-то?
— А что бывает? Мумии, наверное… Но она наглухо замурована, говорят, полтора метра бетона…
— Что тебе бетон, если ты пробился сквозь толщу времени?
— Мне нужна группа Плюхача. Харизматическая личность, кажется, испытывала счастье всемогущества.
— Да я тебе теперь полк ФСБ пригоню, вместе с директором!
Самохин вернулся к машине, отдал аппарат все еще виноватому и озабоченному помощнику.
— Жди звонка, а я вздремну, — проговорил мимоходом. — Голова пухнет…
— Там роба валяется, так подстелите. — Снова зауважал его Плюхач. — Только у нас грязновато…
Он махнул рукой и забрался в кабину. На сей раз вместо одного заштатного и паркетного генерала легенду обеспечивали два трудовых полковника, и наверное, потому их автомобиль был начинен топорами, мотопилами, спецодеждой лесников, и все это рабочее, ломанное, ношенное, пропахшее потом.
Да и сам обшарпанный салон «буханки» выглядел убедительно, с картинками голых женщин, окурками и пустыми бутылками. Выбивались из легенды только лопаты, но не видом своим, а количеством — семь штук, причем и совковые в том числе, да бухта толстой веревки. Многовато для лесоустроительской экспедиции, однако Самохин отметил это походя, поскольку глаза, как в лесу, рыскали по кабине в поисках укромного места.
