Молчи обо мне

За это я и влюбилась в него, как ненормальная — он показал мне, как можно жить, если не сидеть в скорлупе, он научил меня любить жизнь.

Пока я на секунду теряюсь в глубоком море воспоминаний, Артем успевает расплатиться с водителем, а тот, продолжая что-то выкрикивать в адрес орущей Светы, один за другим достает из багажника чемоданы и сумки. Выглядит это так, будто она приехала на совсем, а не провести вместе выходные. Но забыла сказать о своих планах, потому что даже отсюда я вижу перекошенное от злости лицо Артема.

Он все-таки впускает ее за калитку. Правда, чемоданы и сумки так и остаются валяться в снегу. И когда мне кажется, что сцена себя исчерпала, Артем вдруг поворачивается, поднимает голову и смотрит прямо на меня. Как будто кто-то невидимый шепнул ему на ухо, что у очередной сцены его жизни появился нахальный неприглашенный зритель."

"Секунду мы смотрит друг на друга, и мне кажется, что даже воздух между нами накаляется до температуры, когда ленивый снегопад превращается в туман.

Только позже соображаю, что это всего лишь облачко пара из моего рта.

Я быстро захожу в дом, закрываю дверь и дрожащей рукой проворачиваю ключ.

Это будут очень тяжелые выходные.

— Что случилось? — Лука стоит в прихожей с Хельгом на руках, хмурится и через плечо поглядывает на закрытую дверь. — Тут раньше бегали сторожевые собаки, я забыл предупредить. Правда, давно было.

— Никаких собак, — через силу улыбаюсь я.

Это не страх. Не внезапно проснувшееся чувство.

Во мне колышется паника, как вода в стакане по широкой амплитуде, и меня качает туда-сюда словно во время землетрясения.

И даже пол под ногами немного шатается, так что приходится опереться на деревянную колонну. Мое поведение точно не похоже на поведение женщины, которая просто сбежала в теплый дом с промозглого ветра, и пытливый взгляд Луки точно не оставит меня в покое, пока я не дам адекватный ответ.

Я должна сказать правду, но понятия не имею как. «В доме через дорогу живет отец Хельга, и я только что видела его и, наверное, мне нужно сказать ему о ребенке».

В теории звучит легко, поэтому я даже готовлюсь произнести короткую речь, но вместо этого подхожу ближе, беру ладошку сонного Хельга и прикладываю ее к своей щеке.

— Пойдем, — целую Луку в щеку и потихоньку восстанавливаю душевное равновесие.

Лука не зря говорил, что сам купит все необходимое: в холодильнике чего только нет, даже экзотические фрукты и пачка любимого печенья Хельга.