Молчи обо мне

Сегодня я готова позволить ему абсолютно все и хочу быть прилежной ученицей.

Сегодня я не буду думать ни о ком другом.

Мы засыпаем только под утро — без преувеличений. Уставшие, мокрые, неспособные шевелиться и даже говорить. То, что происходит в постели, тяжело назвать «просто сексом»: мы словно наслаждаемся разными десертами, но не разрешаем себе наесться до конца. Пробуем — и переходим к следующему блюду. Я и не знала, что любовью можно заниматься вот так, а не просто до кульминации через десять минут. Не представляла, что пустоту внутри можно заполнить эмоциями, от которых кружится голова и приятно тяжелеют веки.

— Спасибо, что забрал меня, — говорю шепотом, и мои слова наверняка теряются в шуме громко играющей «Angel»[1] моего любимого композитора, которого, к счастью, Артем тоже любит.

Я не успеваю подавить порыв: подвигаюсь и прижимаюсь губами к его плечу. Не целую, просто чувствую каждой трещинкой зацелованной кожи его вкус.

— Что-то мне подсказывает, что ты долго не хотела соглашаться, — безошибочно угадывает он, хоть я не собираюсь юлить и киваю в ответ.

— Почему, малыш? Что со мной не в порядке?

— Ты меня пугаешь. — Это правда. Если отодвинуть в сторону Игоря, то моя личная система безопасности давно и настойчиво сигнализирует, что от него нужно держаться подальше. Намного «подальше», чем рядом в одной постели.

— Я думал, нам хорошо вместе.

Так и есть, и в этом-то вся проблема.

— Не обращай внимания, просто после нашего марафона у меня устали даже мозги. У меня железное оправдание на все глупости, которые я буду говорить в течение суток.

Мы оба понимаем, что я просто увожу разговор подальше от опасной темы, и оба позволяем этому случиться. Артем ловко переворачивает меня на спину, прижимает к упругому матрасу, и я снова раскидываю для него ноги.

— Двое суток, — самонадеянно ухмыляется он — и мы выходим на новый старт.

------------------------------

[1] Композиция Angel (автор музыки — Armando Morabito)

Глава четырнадцатая: Сложный

Я всегда чувствовал тонкую грань, когда вдруг — случайно, не намеренно, а просто потому, что это происходило вопреки законам логики и воле моего сердца — начинал западать на другую женщину.

Это было чем-то сродни звериному чутью предстоящей катастрофы. В такие моменты сам себе казался крысой, которая не бежит с тонущего корабля, а подлезает под него и из последних сил упирается лапы, чтобы удержать на плаву.

За много лет брака я никогда не изменял Юле и никогда этого не хотел.