Один маг правда попытался напитать магией плетение, которое нарисовал. За это и был наказан. Я отрубил ему руку, и заживил культю, которая осталась. Потом также отрубил ему ноги, превратив в своеобразную игрушку с одной рукой. Учитывая тот факт, что он был заперт в помещении стазиса, все эти допросы, которые я вёл не один день, для него слились в бесконечную череду пыток. В конце концов он перестал так шутить. Теперь же в первую очередь он мечтал только о смерти. И не более того. Попавший в мои руки маг Природы, которого обычно использовали как мага — лекаря, наконец-то смог мне раскрыть секрет плетения стазиса, которое я бездумно использовал.
Проблема для меня была в том, что на одну комнату в качестве хранилища, я использовал несколько таких плетений, когда-то полученных мной в виде трофеев одного из мешков для переноски органов убитых здесь существ. Теперь же я знал, что такие плетения можно делать и глобальными. Дело в том, что некоторые дворяне для того, чтобы хранить продукты в своих замках, делают подобное, и не особо задумываются о том, как долго эти продукты могут там пролежать.
Выбив из него это плетение, я буквально в течение недели сделал себе ещё несколько кладовых. Мне это было нужно по той причине, что мне необходимо было увеличивать запасы пищи. Хотя бы только из-за того, что в один прекрасный момент у меня могут появиться гости. Лучше пусть пищи у меня будет достаточно. А то один раз я так увлекся своими экспериментами, что спохватился только тогда, когда в моей кладовой вообще не осталось еды.
И мне пришлось срочно, рискуя жизнью, отправиться на охоту. А это едва не закончилось очень плохо. Весь голод меня гнал вперед за добычей, и лишая разума. Больше я предпочитал так не экспериментировать. И поэтому старался продумать всё наперёд. Пусть лучше у меня будет избыток продуктов, чем их недостаток.
Попутно я не забывал о том, что мне нужны трофеи. Те самые трофеи, которые я собирал, как все возможные материалы, раскладывая их по качеству, и продолжая изменять.
Всего лишь по той причине, что я старался выживать. Выживать там, где другие просто обречены. Я прекрасно понимал, что в данном случае мне нет никакого смысла сохранять какие-либо моральные принципы. Так как все эти принципы не приведут ни к чему хорошему. Я буду обречён. И мне это было совершенно ни к чему.
Продолжая свои эксперименты над амулетами, я также не забыл о том, что намеревался всё-таки попытаться выбраться на поверхность.
