Инди решил, что пора покончить с этой невеселой шуткой:
— Не люблю, когда человека заставляют что-то делать. Я понимаю, что тебе надо зарабатывать на жизнь. Попробуй найти другого туриста и продать кольцо ему. Я знаю, что в наше время нельзя купить никаких древних сокровищ. По крайней мере, настоящих. Кольцо всего лишь подделка.
— Что? — возмутился Саллах. — Значит, по-твоему, я жулик? Если бы я был шарлатаном, то просил бы за него пять долларов и уступил бы за два. Кольцо подлинное. Могу поклясться своими предками.
Инди покачал головой и протянул руку,
чтобы отдать кольцо Саллаху. Но тот очень рассердился и отказался взять его.
— Ты даже как следует не рассмотрел кольцо! Погляди хотя бы минуту, а потом говори, что это подделка!
Пожав плечами, Инди решил уступить Саллаху, надеясь этим его успокоить. Разглядывая кольцо, он вынужден был признать, что золото высшей пробы, а фигурка Осириса вырезана большим мастером.
Приглядевшись, Инди заметил, что в правой руке Осириса пастуший посох, а в левой — цеп для молотьбы.
На голове — тройная корона. Его лицо с тонкой бородкой изображено в профиль, поэтому был виден только один глаз.
Этот глаз какой-то неведомой силой притягивал Инди. И вдруг ослепительный свет, который был ярче солнца на безоблачном небе Египта, сверкнул из глаза фараона.
Спустя секунду свет погас. Инди стало совершенно ясно, что кольцо, которое он держит в руке, настоящее, хотя это казалось невозможным.
Глава 4
— Ты видел это? — Саллах улыбался. — Глаз Осириса?
Инди молча кивнул.
Он все еще не мог прийти в себя.
— Какие чудеса могли делать люди в древности! Они сделали глаз из какого-то неизвестного нам материала. Похоже на алмаз, но в тысячи раз ярче. Потрясающе, правда? — говорил Саллах.
Инди опять кивнул. Но сомневался, что Саллах прав. Свет, исходящий из кольца, был таким, какого не бывает на земле. Он был либо дьявольским, либо божественным.
— Теперь ты знаешь, что кольцо настоящее. Ты должен согласиться, что купить его за сто долларов — все равно что получить задаром.
— Задаром, даже если бы ты просил за него тысячу, — сказал Инди.
— Ладно, — вздохнув, ответил Саллах, — давай поговорим серьезно, без шуток. Я хочу за кольцо сто долларов. Сколько ты за него можешь дать?
— Ничего."
"— Да нет же! Так не торгуются! — Саллах попытался опять объяснить, как это делается. — Ты должен сказать, что даешь за вещь столько, сколько мне было бы не обидно получить. Например, десять долларов. Тогда я говорю девяносто.
