Молодость на продажу

То есть мы теперь могли вести как бы общее хозяйство.

Про эпопею, с которой мы вырывали положенные нам премиальные сундуки – и вспоминать не хочется. Чуть не убил продуктовых интендантов, так они меня раздраконили своей тупостью и непрошибаемостью. На них даже удары клюкой по полу не слишком действовали. Ну и когда наконец-то устроились, всё разложили по полкам и опробовали электрическую печь для готовки, Энита призналась:

- Всё, я с ног валюсь. Надо поспать до обеда. Всё-таки возраст сказывается.

Мне-то что, на магических стимуляторах, могу и пять суток не спать.

Да и Найдёнова не стеснялся постоянно взбадривать, поддерживая его в нужном тонусе. Но когда прозвучало предложение поспать, задумался:

«Всё равно усталость будет накапливаться. Так что три часа вздремнуть, никогда не помешает. Пусть и на голодный желудок».

Поэтому согласно покивал вслед уходящей Каспер, и стал выпроваживать остальных из моей скромной обители. Но тут Грейя предложила:

- Ты спи, а я буду тихонько наговаривать основы языка нашего содружества.

Он считается у нас самым распространённым, имперским. И во сне обучение, самое наилучшее. Сам удивишься через три часа.

Подозрения у меня в голове роились самые разные. Знаем мы ваш гипноз! Так усыпите, что очнёшься уже в прозрачном саркофаге! Доверять переводчицам не стоило, при всей их привлекательности, кажущейся доброте и отзывчивости. Хотя, честно признаться, общение с помощью жестов и отчаянной мимики, уже изрядно достало и утомило. Но меня в первую очередь заинтересовало упоминание об империи, давно хотел уточнить, нет ли каких аналогий с Альтру? Поэтому позволил Грейе задержаться:

- Вначале вообще объясни структуру упомянутой тобой империи.

Указал ей на стул, а сам удобно расслабился на вырванной с боем лежанке. Женщина садиться не стала, зато начала прохаживаться по комнатке, словно лектор перед студентами. А когда поняла, что её метание меня раздражает, нагло присела ко мне на кровать. Но при этом не умолкала ни на секунду, активно помогая себе всё той же азбукой для глухонемых.

И чем больше я осознавал сказанное, тем больше озадачивался.

Главная проблема в нашем нынешнем общении – невероятная разность языкового пространства. Те, или иные понятия, кардинально отличались по интонации, эмоциональной окраске, и глубинному смыслу. И понять всю неразбериху фонетических нюансов, нереально за такое короткое время. Тут и гениальные полиглоты могут свихнуться сознанием, пытаясь объяснить необъяснимое. Но Грейя старалась.