Момент перелома

Глядя на эту женщину, слушая ее голос, старательно выговаривающий английские фразы, я вполне отчетливо представляю ее прошлую жизнь, полную душевных терзаний и личных трагедий, с которыми, впрочем, она справлялась вполне достойно. Эти переживания наложили отпечаток на ее лицо – но нет, не в виде морщинок и прочих возрастных проявлений. Что-то в глазах, в изломе бровей, в изгибе губ, в ее удивительной манере задумчиво хмуриться, когда она подбирает слова… Однако для моего опытного взора несомненно, что совсем недавно она пережила нечто наподобие внутреннего перерождения.

И думаю, что не ошибусь, если предположу, что толчком к этому перерождению стало попадание в прошлое… Есть в ее открытости нечто такое, что свойственно человеку, который вышел на улицу после долгого вынужденного сидения дома – когда он словно заново знакомится с этим миром, с людьми, с самим собой в контексте всего окружающего… И это, несомненно, привлекает, как привлекает нас все живое и естественное, изменяющееся, полное тайн и загадок, находящееся в стадии своего бурного развития, исполненное незамутненной радости от полного сюрпризов бытия…

Ее имя мне почему-то трудно выговорить.

У меня все время получалось «Аила» или «Алила», и каждый раз это приводило ее в восторг. Я же испытывал некоторое удивление – обычно людям не очень нравится, когда коверкают их имена.

– Знаешь, Джек, мне очень нравится, когда ты называешь меня Алилой… – сказала она однажды. – Это имя похоже на гавайское. Пожалуйста, называй меня так…

– Ладно, Алила, – ответил я и мы, переглянувшись, весело засмеялись.

В ее обществе я чувствую себя свободно, а восхищение в ее глазах делает меня счастливым. Она говорит мне очень много приятных слов. Она хвалит меня как писателя. Рассказывает, как, будучи подростком, засыпала с моей книгой в руках… Столько восторженных комплиментов моему творчеству я не слышал еще ни от кого.

Алила – мой друг, искренний и настоящий. Хотя иногда мне кажется, что она немного влюблена в меня… Впрочем, как раз в этом я не могу быть точно уверен.

Но, по крайней мере, у нее нет любовника среди окружающих ее мужчин, она свободна в своем выборе.

Честно сказать, не припомню, чтобы с женщинами мне удавалось просто дружить. А с некоторых пор (с тех самых, когда я стал знаменитым), у меня появилась целая армия поклонниц, мечтающих хотя бы на одну ночь заполучить меня в свои объятия. Они пишут мне письма и признаются в любви, восхищаясь моим творчеством.