Монашка и дракон

 — Вы женаты, милорд?

— Понятия не имею, для чего Маризанда[1] притащилась, — буркнул он.

Маризанда. Имя звучало сильно, раскатисто, как волна, ударившаяся в гранитный берег. И я сразу представила красавицу — благородную и надменную. Маризанда де Венатур. Имя тоже красивое и благородное.

— Скажи, сейчас приду, — велел дракон младшей конкубине, и Нантиль не заставила себя упрашивать — тут же скрылась в темноте коридора. — Я уже отправил королю документы на развод, — сказал Гидеон, хотя я ни о чем не спрашивала.

 — Он не откажет. От нее все равно нет толку — ни детей, ни удовольствия.

— Вы жестоки, — только и смогла произнести я.

— С такими бабами можно только так, — сказал он, как отрезал. — Лучше не выходи, посиди в комнате.

— Ставите цитатник на полку? — холодно спросила я. Дурман страсти словно сняло рукой. Я чувствовала себя обманутой. Одно дело — конкубины, женщины без обязательств, и совсем другое — жена, брак с которой освящен небесами. Хотя… почему обманутой? Опомнись, Виенн! Никто ничего тебе и не обещал.

Это ты поддалась слабости и чуть не погибла. А теперь тебе лучше не показываться на глаза законной супруге, потому что… потому что… А почему бы мне прятаться? Разве я сделала что-то плохое?

Наверное, все это отразилось на моем лице, потому что дракон посчитал нужным объясниться:

— Маризанда — не самая приятна особа. Она любит изводить всех. Я узнаю, что ей нужно и сразу же выпровожу.

— Выпроводите из ее же собственного дома?

— Это мой дом, — сказал он. — Развод с Маризандой — дело решенное, ты здесь ни при чем.

— Даже не приписывала себе подобного подвига, — заверила я его.

Он уже шел к двери, но при моих словах резко развернулся:

— Виенн.

— Да, милорд?

— Не принимай все это близко к сердцу, — сказал он, помявшись.

— Не надо извиняться, — я поправила платок, который он пару минут назад едва не стащил, стараясь казаться невозмутимой. — Вы ни в чем не виноваты. Три конкубины и жена — то, что надо благородному мужчине и рыцарю. Мне достаточно роли Цитатника.

Пойду на полку, что вы мне отвели. То есть, простите, в спальню.

Я хотела выйти из комнаты первая, но дракон не позволил. Притиснул к стене и, несмотря на мое сопротивление, сжал в ладонях мое лицо, заставляя смотреть в глаза.

— Не делай никаких поспешных выводов, монашенка, — сказал он. — Просто дай время, и в этот замок вернется спокойствие.

— Кто я такая, чтобы делать какие-то выводы и беспокоиться, если милорд спокоен? — ответила я.