Монашка и дракон

 — Она права, почему бы и вправду не выращивать на ваших землях то, что будет хорошо расти именно здесь?

— Тис? — хмыкнул дракон.

— Лекарственные травы, — сказала я и улыбнулась Нантиль, которая радостно встрепенулась, и даже румянец заиграл на ее щеках. — Посадите вместо пшеницы тимьян, розмарин, шалфей и душицу. Посадите тысячелистник и лабазник, лаванду, пижму — эти травы стоят дорого. Можно продавать их королевской гильдии аптекарей или монастырям, а можно использовать самим… в лекарственных снадобьях. Милорд, у вас есть человек, который прекрасно в этом разбирается — сэр Нимберт.

— Вместо пшеницы растить травки? — фыркнул Дилан, обращаясь к брату за поддержкой.

Но дракон что-то мысленно прикидывал и не поддержал его насмешки."

"— А ведь в этом что-то есть, — сказал он, наконец. — Можно будет закупить торф и разбросать его перед зимой по низинам, чтобы засеять пшеницей, а на остальных землях почему бы не устроить заказники для трав? Королевский двор закупает травы на юге и платит за них золотом, так почему бы не платить нам? Мы бы выращивали их в больших количествах и продавали подешевле.

Я закончила завтрак, так и горя душой. Мне казалось, что идея беспроигрышная и очень выгодная. К тому же, сэр Нимберт сможет применить свои знания в настоящем деле, а не приготавливая целебные настойки для жеребцов и кобыл. Едва трапеза закончилась, Нантиль умчалась к отцу — сообщить новость, Ингунда с сестрой удалились к себе, с необыкновенно кислыми лицами, а я задержалась, чтобы поболтать с Фридой, которая убирала со стола.

— Вы так изменились, госпожа, — говорила служанка, приглядывая за помощницами, чтобы не разбили посуду. — Выглядите, как принцесса. Зачем же было так жестоко шутить над нами? Мы все считали вас монахиней…

— Не будем вспоминать, что было, — ответила я поспешно. — Я не хотел никого обидеть, и хватит об этом.

— Пусть хватит, — проворчала Фрида, и по ее виду было понятно, что она-то желала бы разузнать обо всем в подробностях.

Чтобы ее отвлечь, я рассказала ей о новом представлении.

— О! Это будет чудесно! — заявила Фрида, всплеснув руками. — Я умру от нетерпенья! Когда вы будете представлять?

Поговорив с ней, я решила отправиться в библиотеку. Милорд Гидеон внял моим советам, и библиотеке предстояло переехать в более сухое хранилище, и теперь я расфасовывала тома, приготавливая их к переезду.