Онлайн-библиотека книг
— Благодарю, — сказала я смущенно и указала на собаку. — Прекрасный пес! Я не разбираюсь в них, но этот выглядит очень сильным.
— О, да! — тут же расцвела улыбкой Нантиль. — Я назвала его Самсоном! Посмотришь, каким огромным он вырастет! Он сможет поставить передние лапы на плечи взрослому мужчине!
— Ничего себе, — изобразила я восхищение.
Мне было не по себе в этом темном доме, где Нантиль в ярком наряде смотрелась, как канареечная птица, залетевшая в хлев. Сэр Нимберт, похоже, разделял мое смущение, потому что молчал, предоставляя говорить своей дочери.
— Мне надо идти, — сказала я, чтобы не стать в тягость хозяевам. — Благодарю еще раз.
— Мне тоже надо идти, папа, — Нантиль поцеловала отца и схватила Самсона под мышку. — Милорд хочет отпраздновать возвращение, вечером будут гости…
Сэр Нимберт кивнул, провожая нас.
— А тебя позвали на праздник? — спросила Нантиль, когда мы шли от конюшен к жилой части замка.
— Нет…
— Наверное, милорд хочет, чтобы ты отдохнула с дороги.
Она остановилась, пропуская Ингунду и Арнегунду, которые шли в замок в сопровождении слуг, тащивших белые мешки с красными клеймами.
«Подарки милорда», — догадалась я, останавливаясь и кланяясь, как и Нантиль."
"Старшие конкубины не обратили на нас внимания, и я заметила, что Нантиль приняла это с облегчением.
— Они сестры? — спросила я.
— Да, — ответила Нантиль. — Сначала милорд взял госпожу Ингунду, а потом ее родную сестру.
Я открыла рот, услышав о таком бесстыдстве. Нантиль покосилась на меня и печально усмехнулась.
— Госпожа Ингунда попросила милорда найти достойного мужа ее младшей сестре, а милорд сказал, что не знает никого достойнее себя, и взял госпожу Арнегунду второй конкубиной.
— О-о… — только и могла произнести я.
— Привыкай, здесь все делается быстро, — Нантиль усмехнулась еще печальнее, и потрепала Самсона по холке. — И не всегда по твоему желанию.
— А детей у милорда нет? — спросила я, вспомнив, что за все время я не слышала ни одного детского голоса.
— У драконов редко рождаются дети, — ответила Нантиль, и голос ее зазвучал, как надтреснутый хрусталь.
«Может и так, — подумала я. — В Писании сказано, что небеса усмотрели в размножении драконов опасность, и поэтому их самки были лишены способности деторождения. Может, поэтому они так ненавидят людей? Потому что понимают, что будущее все равно за нами?»
— Говорят, ты приехала из монастыря? — прервала мои невеселые размышления конкубина.
