Монашка и дракон

 — Я очень доволен, что Гидеон старается ради короны. Нам нужны молодые сильные драконы, а их могут родить только юные, горячие женщины. Так? — он обратился к сопровождавшим его лордам, которые сейчас набивали животы щедрым угощением Гранд-Мелюз.

— Да, ваше величество! — загремели лорды, как один."

"— Он отличный мальчишка — Гидеон, — продолжал король, вытирая пальцы о протянутую Фридой салфетку. — Пылкий, бесстрашный, я бы даже сказал — до глупости бесстрашный. Сколько раз он спасал мне жизнь, я даже не упомню… — тут он увидел, как внесли жареного поросенка под медовой корочкой с розмарином, и затребовал блюдо себе.

 — Но я ему тоже жизнь спасал, — проговорил он с набитым ртом, откусывая поросятину до самой кости. — Поэтому мне не нравится, что мальчишка темнит.

Было странно слышать, что милорда Гидеона называют мальчишкой, но глядя на короля, я понимала, что Гидеон и в самом деле выглядел рядом с ним, как мальчишка. В его величестве Рихарде чувствовалась настоящая первозданная сила. Только сейчас я задумалась — сколько же драконам лет? Живут ли они вечно? Стареют или умирают в расцвете сил?

— Смотришь на меня, — сказал король, отбирая у Фриды салфетку и вытирая губы, — я тебе нравлюсь?

— Разве король может не нравится? — ответила я сдержанно.

 — Но я уверена, что вы зря подозреваете в чем-то темном милорда Гидеона. Он верен вашему величеству и никогда не сделает ничего во вред короне.

— Может и зря, — проворчал король и спросил: — Кто лучше — я или Ги?

От такого вопроса я задрожала, но ответила, стараясь придать голосу спокойствия и немного равнодушия:

— Я очень мало знаю о драконах, сир, не мне сравнивать вас.

— Юлишь, — сказал он, зажевывая поросенка свежей петрушкой. — Дилан говорит, ты ведьма. Говорит, ты вызвала колдовством змею из песка.

Мне стоило больших трудов стоять спокойно под его пронзительным, испытывающим взглядом:

— Это было произволение небес, сир. Там присутствовал священник, по его молитве небеса сотворили чудо.

— Я живу слишком долго, крошка, — сказал король Рихард, наконец, отодвигая тарелку и отваливаясь на спинку кресла, — чтобы верить в чудеса.

— Странно слышать такое от дракона, который сам — чудо небес, — скупо улыбнулась я.

Король хохотал долго и с явным удовольствием. Чтобы не смотреть на его разинутый рот, в котором блестели острые белые зубы, я уставилась в окно. Грозовые тучи приближались удивительно быстро, и уже можно было рассмотреть серые ленты, протянувшиеся от небес до земли — где-то там уже шел дождь.