Намджун открывает дверь и впускает омегу внутрь, который сразу сбрасывает с себя пиджак прямо на пол. Обхватывает шею альфы и снова втягивает в поцелуй.
— Мне без разницы, кого ты трахаешь, но позволь этой ночью остаться, — томно просит Кисум и вскрикивает, когда Намджун, ничего не ответив, прижимает его к стене и, приподняв за ягодицы, заставляет обхватить свой торс.
Целует, кусает, рвет, вгрызается в горло, шарит руками по телу и еле успевает ловить слетающие с губ омеги вздохи и стоны. Не думает о Юнги.
Совсем. Даже когда чувствует, что вкус не тот. Что кожа под пальцами не та. Нет вкуса вишни на языке. Не зацикливается. Обнажает чужое тело сантиметр за сантиметром и вжимает в себя.
Не видит своей метки повыше ключиц. Его это не беспокоит. Тело в руках горячее, а не раскаленное, как у того. Волосы длинные, не такие. Цвет - белый, Намджун хочет черный. Кровь, выступающая на ранках на губе, на вкус совсем не та. “Не та” и “не то” бьют по вискам, заставляют их пульсировать. Альфа на секунду даже отодвигается от удивленного Кисума.
Смотрит пару секунд мутным взглядом на такое знакомое - давно забытое лицо - и снова вжимает в стену. Мнет, царапает, оставляет синяки на белоснежной коже.
Юнги злится, что Намджун так далеко его заселил, давит на газ и бесится, что так долго ехать. Бросает машину прямо перед офисом, не утруждаясь заехать на парковку, и входит в холл, проходя прямо к лифту. Охрана даже не двигается. «Видно, все уже знают», — усмехается Мин и нажимает нужную кнопку.
Перед самой дверью квартиры омега делает пару глубоких вдохов и стучит. Не открывают. Тогда он жмет кнопку звонка и начинает думать, что проебался. Намджун, наверное, в клуб уехал, а не на квартиру. Юнги уже собирается уходить, когда дверь изнутри щелкает. Намджун стоит в одних брюках, на нем расцветают полосы от ногтей, укусы и засосы, а самое главное - запах. Чужой. Полностью обволакивающий легкие запах. Мин сам перехватывает свою же готовящуюся к пощечине руку, успевает понять, что взамен получит больнее, и отшатывается назад.
Запрещает себе дышать, словно каждый вздох может его осквернить. Внутри взрывается мини-Хиросима. Жжет невыносимо, и Мину даже кажется, что он точно видит, как медленно оседает на пол черный пепел. Размажь между пальцев, и останется черный след — такой же след сейчас в душе у Мина. Пепел падает на лицо, забивается в легкие. Не продохнуть. Юнги может поклясться, что чувствует запах паленного.
