«Война» — коротко сказал ему на все это Ши Хек. Джин из комнаты так и не выходил, а Юнги к нему ни разу и не зашел. Ши Хек все время плакал и почти ничего не ел."
"Мину пришлось коротать дни под вишневым деревом в саду и ждать, когда это закончится. Омега много курил и постоянно смотрел новости. Он очень сильно переживал и боялся за отца, но в то же время он даже думать не хотел о том, что с Намджуном что-то случится. Патовая ситуация. Мин буквально разрывался на две части. Каждое утро, после пары часов сна, омега включал новости и ждал.
Он все боялся, что услышит то, после чего уже не встанешь. Когда «армия» Намджуна начала наступать, Мин дозвонился до отца, который с начала боевых действий так домой и не вернулся. Юнги просил Чжуна быть осторожным, умолял сесть за стол переговоров и отозвать армию. Но Чжун пообещал, что он эту битву выиграет и не сдастся. Юнги хотел даже поговорить с Намджуном, но, вспомнив тот ледяной тон и то выражение лица, когда Мин просил его за отца тогда в кабинете, он передумал.
Намджун бы обозвал его попрошайкой и выгнал. Так что Юнги бросил идею звонить альфе. Омега знал, что победа — это чья-то смерть, но искренне надеялся и верил, что альфы, оказавшись друг напротив друга, решат вопрос мирным путем. Мин надеялся на трезвый ум Чжуна и милосердие Намджуна. Особенно после того, что было. Особенно после всей той нежности, в которой Юнги буквально захлебнулся в объятиях альфы. Тех коротких прикосновений и тех долгих поцелуев тогда, в то время, когда все было пусть и не хорошо, но нормально.
С Намджуном у Юнги никогда не было хорошо. Но было плохо до разрывающей нутро боли. Омега харкал кровью от этой боли. И было прекрасно. Настолько, что Юнги буквально растворялся в этих ощущениях. Ни в чьих руках и ни с кем рядом он не чувствовал себя настолько хорошо и… правильно. Словно Мин Юнги создан, чтобы дышать и жить только рядом с Намджуном. Он любил и любит его, пусть и прикрывается маской ненависти. Он хотел даже родить ему ребенка, если бы тот позволил. Он хотел жить с ним, спать и просыпаться в объятиях Монстра.
Хотел делить с ним одно дыханье на двоих. И Намджун пришел в тот отель. Спас омегу. Ничего лишнего не сказал, не язвил, не обижал, а напротив, снова посеял это крохотное семя надежды. Надежды на то, что все может быть хорошо. Позволил снова в это поверить. А теперь война. И Юнги надеется, что в ней не будет проигравших. Отец и Намджун - два самых главных мужчины в жизни омеги, и он не готов терять ни одного из них.
