Monster in me (СИ)

Когда Мин возвращается обратно в спальню, Намджун сидит на краю его кровати и вертит в руке зажигалку. Юнги застывает у двери в ванную, потом медленно прикрывает ее и прислоняется к ней спиной. Омега знает, что Намджун ушел тогда не навсегда, что это его дом, а Мин его пленник. Знает, что альфа еще вернется и мысленно готовится к этому. Вот только сейчас, вжимаясь лопатками во вмиг ставшую ледяной дверь, Мин все забывает. И то, как вести себя, и то, как не поддаваться на провокации. Животный первобытный страх сковывает все конечности Мина.

Юнги словно врастает в пол. Омега не отводит и не прячет взгляд. Смотрит прямо на дно черных зрачков напротив и почти не дрожит. Каждая клеточка организма кричит бежать. Но омега даже дышать себе напоминает сам, что там говорить о «бежать».

Намджуну нравится такой Юнги. Он лохматый после фена и в одних держащихся на тазобедренных косточках спортивных штанах. Ким думает, что омега какой-то уютный, домашний, но в то же время дико сексуальный. Ким видит, как обрывисто дышит Юнги перед ним.

Скользит взглядом по обнаженной груди, спускается вниз на впалый живот. Намджун приходит просто узнать, как Мин, и напомнить о себе. Альфу ждет Техен и его люди внизу, недалеко от этого района у картеля важная встреча. И Ким должен был зайти на пару минут и уйти. Вот только сейчас, смотря на потрясающе красивого, нежного и хрупкого омегу, в наличии коготков которого Ким убедился воочию, идти никуда не хочется. Хочется впечатать его в постель, провести ладонями по этой белоснежной коже и долгим поцелуем впиться в губы, которые даже по вкусу напоминают сочную вишню.

— Подойди, — спокойно, не отрывая взгляда, говорит Ким. Юнги только сглатывает. Цепляется обеими руками за ручку двери позади и часто дышит. Мину по-настоящему страшно, но он даже представить не может, что он, как собачка, выполняет все приказы альфы. Мин молчит и стоит.

— Подойди, и я не буду тебя наказывать, — опять спокойно произносит Намджун, не отрывая взгляда.

Опять Юнги стоит словно приклеившийся к двери и думает про себя, сколько времени в этот раз будут заживать синяки.

— Я не хочу делать тебе больно, но буду, если ты не начнешь слушаться, — уже грозно говорит Ким. — Последний раз повторяю. Подойди, — от того, как это было сказано, Юнги кажется, что у него внутри одна за другой рвутся вены, и когда порвется последняя, он опустится бесформенной красной жижей на пол. Мин все равно не двигается.