Монстр из прошлого тысячелетия

Хотя боем это назвать было сложно, там происходило форменное избиение: фигура в алом доспехе вдалбливала белого как снег старика в землю. Тот из последних сил держал оборону, сбоку от него валялась перевёрнутая машина: видимо, хотели сбежать, но не успели.

Валерий держал оборону вместе с женой, кусаясь алыми всполохами силы. За их спинами сгрудились домочадцы и персонал. Кто хоть как-то дружил с магией, те помогали, метая магические шары.

Молот холодно оценил обстановку, щурясь и не понимая: прорыв был очень малым, всего лишь одна демонесса и пара высших.

Правда, этого с головой хватало для обитателей одного особняка.

Светлый вдруг ускорился, но Молот его придержал.

— Ты не видишь, это она убила тогда Вику! — выпалил Алексей.

— Спокойно, Лёша, — сквозь зубы процедил Молот, первым устремляясь в бой и вставая рядом с облегчённо выдыхающим стариком.

Демонесса словно с интересом осмотрела их обоих, склонила голову набок, будто размышляя, убить сразу или заставить помучиться.

Высшие за её спиной сделали шаг вперёд, но взмах красной руки заставил их замереть.

— Он бросил вас… — проговорила демонесса, и в её голосе Молоту почудилось удивление.

Но тут же времени на анализ не осталось, тяжёлая аура опустилась на плечи, словно роняя на них вес всего мира. Михаил резко выдохнул, опираясь на клинок, Светлый согнулся.

— Я хотела лучшего, хотела остановить всё это! — голос демонессы сорвался. — Но механизм запущен.

Вдруг у Молота перед глазами мелькнула яркая молодёжная курточка.

Девчонка, кажется, её звали Марго, сестра тела, в котором поселился Тёмный. Михаил потянулся перехватить, не дать сотворить глупость, но аура не позволила ему двигаться достаточно быстро. А демонесса, видимо, не стала вкладывать силу, не воспринимая соплячку как противника.

— Ты не смеешь так говорить! — выкрикнула Марго, замирая перед демонессой и словно закрывая всех своим телом. — Вот уж точно не ты!

Молот, скрипя зубами, сделал шаг, затем ещё один, словно сквозь толщу воды на чудовищной глубине.

Дышать было нечем, в голове гремел набат пульса, но паладин изо всех сил стремился к девочке, которая вышла на верную смерть. В этот момент он не думал больше ни о чём, существовала только цель: яркая курточка, которую он должен был убрать за свою спину и защитить от демонов, чего бы это ни стоило. Собственная жизнь и значимость словно отошли на второй план.