Монстр

С каждым толчком я сжимала его мышцами, наклоняясь, чтобы он мог войти глубже. Затем опустила руку между нами и стала массировать его яички.

До Сэма я была только с двумя мужчинами: с обоими познакомилась в университете, и оба служили мне спланированной подготовкой к главному событию – то есть Сэму. Даже моя сексуальная жизнь была выстроена и распланирована так, чтобы он стал моим.

Я встречалась с двумя вундеркиндами из Гарварда, которые, насколько я знала, слыли экспертами в области секса, и уговорила обучить меня всем их грязным трюкам.

Я мотала на ус, превращаясь из застенчивого, неловкого новичка в нимфу в постели.

Я кусала, лизала, дразнила и щекотала там, где нужно.

Сосала, надавливала и сжимала.

Не ради них – а ради него.

Но я не ожидала, что и он доставит мне такое удовольствие. Невообразимое.

Когда Сэм ввел второй палец в тугой задний проход, я застонала громче и отчаянно сжала руками бильярдный стол, теряя контроль над собственными ногами и едва не поддавшись удовольствию.

Он брал меня жестко, а когда я почувствовала, как внутри покалывает от первой судороги оргазма, Сэм вышел из меня, взял член в руку и прижал его между ягодиц у заднего прохода, покрытого моими соками.

– Надо же, маленькая Эшлинг Фитцпатрик уже выросла и умеет трахаться, как порнозвезда.

Сэм разразился бездушным смехом, пытаясь преуменьшить важность этого момента, списать со счетов значимость происходящего.

Его.

Меня.

Все, что было запретным и неправильным, но все же это происходило вопреки всему.

Он входил в меня медленно и осторожно, и хотя боль была сильнее, чем я готова признать, я стойко терпела ее, подталкивая задницу ему навстречу, пока он не вошел до конца.

Наступила напряженная тишина, которой я воспользовалась, чтобы привыкнуть к ощущениям, возникшим, когда он наполнил меня сзади. Я почувствовала, как он содрогнулся от удовольствия у меня за спиной.

– Возможно, твою киску уже использовали, но задницу еще никогда не трахали. Это очевидно.

Я ничего не сказала, потому что это была правда, и она причиняла больше боли, чем его движения во мне, ведь служила мучительным напоминанием о том, как безнадежно я в него влюблена.

Он наклонился, оставаясь внутри, смахнул волосы с моего плеча и коснулся губами уха.

– Тебе обязательно нужно было, чтобы хоть что-то произошло у тебя впервые именно со мной, не правда ли, Эшлинг Фитцпатрик? Бедная, романтичная душа.

С этими словами он вышел и снова ворвался в меня.