Мор

Раздался шлепок, эхом улетевший под высокие потолки торгового центра. Человек ойкнул тонким голосом и свалился на задницу. Я тут же направил в него пистолет и едва не упал от смеха.

Распластавшись на полу, лежала какая-то девчонка. На вид лет двадцати, с чёрными кругами от размазанной краски под глазами. Волосы выкрашены в яркий красный цвет. К этому всему теперь ещё прибавился разбитый нос и кровь, которую она стала размазывать по лицу вместе со слезами.

– Эй, ты кто такая? – спросил я, и не думая опускать пистолет.

– Я… я… Ле-э-на, – хлюпая носом, выдала она.

– Лена, Лена, сиськи по колено, – выдал я старую тупую шутку. – Ты что здесь делаешь, Лена?

– Я… я… не знаю, – продолжая всхлипывать, ответила она. – Мне стра-а-шно. Помогите мне.

Всё, прорвало, начались слёзы градом, с подвываниями. Так нас быстро заметят. Я подошёл к ней и попытался успокоить. Бесполезно, стало только хуже, плюс ещё и обниматься полезла. Звонкая пощёчина оборвала истерику, а на меня уставились два напуганных глаза.

– Тихо, матрёшка, – поднёс я палец к губам.

 – Ты же не хочешь, чтобы они вернулись? – она быстро замотала головой. – Короче, слушай сюда. Там за поворотом будет забор из сетки. Иди к нему, там военные, они тебя спасут.

– Я не пойду-у-у! – снова начала паниковать Лена и потянулась к моей шее.

– Так, руки от советской власти, – отмахнулся я. – Ты дура, нет? Я тебе говорю, они тебя спасут.

– О-ни ме-ня у-бью-у-ут, – снова завыла та.

– Сейчас в рожу дам опять, – пригрозил я. – Тихо. Почему они тебя убьют, с чего ты это взяла?

– Я… я… видела, – заикаясь, ответила она.

 – Мы, мы хотели выйти. Нас много было. Они всех убили. Я здесь спряталась.

– Так, понятно, – я присел рядом и крепко задумался. – И что мне с тобой делать?

– Я не знаю, – тихо ответила Лена. – Можно мне с тобой?

– Куда? Я в самое пекло сейчас полезу, – обалдел я от запроса.

– Я не буду мешать, – тихо сказала она. – Пожалуйста, возьми меня с собой.

– Ладно, пошли, Матрёшка, – немного подумав, согласился я. – Но учти, не будешь слушаться, колено прострелю и на корм оставлю.

Лена уставилась на меня непонимающим взглядом. Наверное, решала, шучу я или нет. Я не стал ей мешать делать выводы, хрен с ней, пусть думает, что хочет.

– Ну чего вылупилась, стрелять-то умеешь? – спросил я."

"– Н-нет, – ответила та, но хоть моргать начала.

– М-да. Может хоть бегаешь быстро? – поинтересовался я.

– Я каждый день на беговой дорожке по пять километров пробегаю, – услышал я гордый ответ.