Мор

В Москву въезжали в тишине. Говорить мне совершенно не хотелось. Всю дорогу меня гложило чувство тревоги, и я никак не мог сосредоточиться. Ответ я получил, только когда мы подъехали к Кремлю.

– Что-то не так, – Саня, выехав на Красную площадь, вдруг остановил машину.

Видимо, моя тревога передалась и остальным, потому что против Сане никто ничего не сказал. Все притихли и принялись присматриваться к крепости.

– Писец, – до меня наконец дошло.

Мы настолько привыкли к мертвецам и трупам на мостовой, что не сразу обратили внимание на общую картину.

Почти вся площадь была усеяна трупами. Будто кто-то молотил по зомби из пулемёта. Но зачем это было нужно? Ведь стены прекрасно защищали нас от рядовых мертвяков.

Мой взгляд зацепился за выломанные ворота Спасской башни. Такое ощущение, что их на скорости протаранил поезд. Вот только это был не он. В арке валялась здоровая туша качка. Точно такая же висела на стене крепости. Он смог вскарабкаться наверх, но не успел – был изорван очередью из крупного калибра.

Мощный торс зацепился в пространстве между зубцов, да так там и остался.

Мы вошли внутрь. Здесь точно так же царил полный хаос. Вот только, помимо трупов зомби, здесь уже попадались тела наших защитников. Разорванные грудные клетки, смятые в лепёшку головы. Некоторые лежали у стен с неестественно вывернутыми шеями.

Крепость встретила нас смертью. Разбитые окна арсенала, вонь и шорох ветра в закоулках коридоров. Удалось ли хоть кому-то спастись, я не знал. Зато теперь я понимал, что же это был за сигнал от яйцеголовых.

Что они задумали и как всё это воплотили.

Я устало опустился на пороги Арсенала и обхватил голову руками. Сейчас мы проиграли вторую партию. И цена её слишком высока. Отныне у нас нет крепости, нет людей. У нас вообще ничего нет!

– Бля-а-а! – закричал я. – Сука! Ублюдки, твари! Ненавижу!

Я сорвался с места и начал пинать ногами валяющиеся на мостовой трупы. Затем как-то нелепо зацепился за один из них и со всего размаху прилетел рожей об камни. От этого удара на меня окончательно навалилось отчаяние.

Я валялся и орал, как сумасшедший. Мои друзья молча сидели и смотрели на этот психоз. Хотя на их лицах отображались те же самые эмоции.

Глава 23

Хватит ныть.Истерика длилась недолго. Уже минут через пять я успокоился, сел на мостовой и вставил в зубы сигарету.

– Чего делать-то будем? – тут же прилетел вопрос от Хоттабыча.

– Да хрен знает, – ответил я. – В убегу ночевать пойдём. Вариантов всё равно больше нет.