Мор

– А ты можешь в жопу идти! – крикнула Лена, потом замолчала, перестала плакать и посмотрела на меня, – Эй, Кузов, ты это слышал?

– Что именно? – не сразу понял я, пытаясь сфокусироваться на происходящем.

– Голос сверху, – терпеливо пояснила она. – Там кто-то есть.

– Эй, мужик, ты кто? – крикнул я, задрав голову вверх.

– Степан Аркадьевич, – донёсся ответ."

"– Ничего себе, – изрёк я и посмотрел на Лену, даже протрезвел немного. – Спускайся к нам, у нас выпить есть! – крикнул я Степану Аркадьевичу.

– Минуточку, – донеслось сверху, – только придержите, пожалуйста, конец, он сильно болтается.

С этими словами сосед скинул к нам канатную лестницу. Я встал и придержал её нижнюю часть. Сверху спустился довольно крепкий старик. Видно, что спорт ему не чужд, хоть это скорее всего и тренажёры. Голова абсолютно седая, но взгляд сильный, волевой. И руку пожал уверенно, не как размазня.

– Позволите? – приподнял он бутылку и посмотрел на этикетку. – Хм-м, французский, шестидесятилетний.

Он опрокинул бутылку прямо из горлышка, затем прополоскал рот и выплюнул всё наружу.

– Пойло, – скорчился он. – О, Абсолют, может и попроще, но сейчас в самый раз.

– А ты что, прячешься здесь? – спросила Лена.

– Нет, я здесь живу, вот прямо над вами, – спокойно ответил он. – Я всё ждал, когда вы наконец расслабитесь. Страшно было в первые минуты о себе знать давать. Вы могли вначале стрельнуть, а потом вопросы задавать.

– Это мы запросто, – улыбнулся я. – Серёга. Можно просто Кузов, это Ленка, а вон то тело – это Саня.

– Ну тогда и я просто Стёпа, – улыбнулся старик.

– А ты кто, Стёпа? – спросил я.

– Я хороший хирург, – ответил он. – Вот, к примеру, ваша грудь настоящая, я это вижу, но я могу сделать вам точно такую же, – он ткнул в меня пальцем. – И она тоже будет настоящей.

– Да ну нафиг, – отпрыгнул я. – Мне сиськи не нужны.

– Это я понимаю, – ответил он и уселся на диван.

Поднял кусок мяса со стола и отхлебнул прямо из горлышка. Затем отправил кусок себе в рот и начал жевать.

– Это я к тому, Серёг, чтоб ты понял, чем я занимался, – продолжил он. – Но моя практика и образование позволяют мне делать операции на мозг. Вот только там мне места не нашлось. Вы поэтому неправы, – повернулся он к Лене. – Это мы здесь неудачники.

– Вы здесь с самого начала? – спросила Лена.

– Да, моя жена обратилась, – ответил Степан. – Я скинул её с террасы. Дочь за границей, и это единственный человек на всём белом свете, за кого я переживаю.