Море Осколков

Парнишка отшатнулся, поднимая к горлу дрожащую руку, — из горла торчала стрела, влажный наконечник смотрел наружу, по шее за ворот сбегала полоска крови. Лицо парня порозовело, щеки затрепыхались, когда он упал на колени.

Сквозь щель в расколотой эльфовой стене Ярви увидел Ральфа, на корточках, наверху башни — тот накладывал на тетиву новую стрелу. Лицо парня подернулось лиловым и он то ли проклинал Ярви, клохча и захлебываясь, то ли умолял помочь, а может, молил богов о милости — но из его рта выходила лишь кровь.

— Мне жаль, — прошептал Ярви.

— А будет еще сильнее.

В пяти шагах, у разрушенного свода, стояла Шадикширрам.

— Я-то думала, ты — умненький мальчик, — сказала она. — Но на деле вышло сплошное разочарование.

На ее кружевах засохла грязь, волосы разметало по лицу спутанными клубками, заколки исчезли, глаза, как в бреду, горели во впалых глазницах. Но длинное, изогнутое лезвие меча сверкало убийственной чистотой.

— Всего лишь последнее в длинном списке.

 — Она пинком опрокинула на спину умирающего подростка и перешагнула через его ноги, колотящиеся в предсмертных судорогах. Подошла вольготно, вразвалку — без суеты и спешки. Точно как раньше прогуливалась по палубе «Южного Ветра». — Но, похоже, я сама навлекла на себя наказание.

Ярви бочком попятился, пригибаясь, тяжело дыша, глаза обшаривали разбитые стены в поисках выхода. Но выхода не было.

Ему придется с ней биться.

— В этом жестоком мире у меня оказалось чересчур мягкое сердце.

 — Она зыркнула по сторонам, на расщелину, сквозь которую прилетела стрела Ральфа, и, плавно пригнувшись, проскользнула под ней. — Это моя извечная, главная слабость.

Ярви прошаркал по булыжникам назад, рукоятка ножа пропиталась потом. Сзади доносились крики, отголоски боя. У других полон рот своих забот на подходе к кровавому порогу Последней двери. Он быстро глянул через плечо и увидел, что разломанные эльфийские стены сходятся к краю обрыва.

Молодые деревца раскинули ветви в пустом приволье, над бегущей далеко внизу рекой.

— Не передать, как мне приятно иметь возможность сказать тебе «пока» на прощание. — Шадикширрам улыбнулась. — Пока!

Безусловно, она вооружена лучше, чем он. Выше, сильнее, у нее больше опыта, больше умения. Не говоря о решительном преимуществе в числе рук. И, вопреки своим заверениям, она вряд ли сверх меры томилась мягкосердечием.